С улицы доносился приглушенный рокот двигателей проезжающих автомобилей, при этом по потолку скользили тени оконной рамы, перечеркивающей то вытягивающийся, то укорачивающийся световой прямоугольник.
— Ты не спишь? — спросил я.
— Нет, — ответила она ясным, совсем не сонным голосом.
— Ты меня извини, за не сообразительность, — продолжал я, — но во время первой нашей встречи, услышав, что ты из Эстонии, я решил, что по-национальности ты эстонка…
— Нет, я латышка, но родилась и выросла в эстонском городке Валга, который граничит с латышским Валка… Это один город, но разделенный рекой Педеле… А хутор моих предков и вовсе оказывался то на латышской, то на эстонской стороне…
— В СССР — это значения не имеет… — сказал я.
— Согласна, — ответила Илга, — но среди нашей интеллигенции, особенно — у молодых актеров, музыкантов и писателей сейчас модно говорить о независимости… Как будто независимость для таких маленьких стран, как Эстония и Латвия — это какое-то благо…
— Я тоже так думаю, — подхватил я.
— Маленькой стране трудно быть независимой, все равно придется выбирать то или иное государство себе в покровители…
Жаль, что не мог я ей рассказать о том, что через одиннадцать лет так и случится. Прибалтика отколется от России и выберет себе в покровители Евросоюз, а на самом деле — США. И эти молодые болтуны, которые сейчас собираются на квартирах или еще где — в Таллине, Риге и Вильнюсе, и болтают о независимости, в девяностых кинутся этой независимостью, в том числе и личной, торговать направо и налево — кто больше и быстрее заплатит.
Ну а главным товаром станет сначала совето — а потом и русофобия."
"Пока я думал об этом, жена тихонько засопела — уснула, ну и я, совершенно счастливый, провалился в сон. Утром началась веселая суматоха. Пока я умывался, Илга готовила завтрак, потом мы его дружно ели, потом я опять убирал со стола и мыл посуду, а жена в это время одевалась и красилась. Вышли из дому мы одновременно. Я поймал такси, чтобы оно развезло нас по местам работы.
Мне было ближе, я мог бы и пешком дойти, но не хотелось так скоро расставаться с женой.
В учительской, поздоровавшись с другими коллегами, я подошел к Виктору Сергеевичу. Мы пожали друг другу руки.
— Я слышал, тебе квартиру дали? — спросил он.
— Есть такое, — откликнулся я. — Скоро приглашу на новоселье… Вот только…
— Там ни хрена нету… — подхватил трудовик.
— Ну кое-что все-таки есть…
— Про телевизор я помню, — проговорил Витек.
