Если бы там секцию обокрали, я бы, честно говоря, не так расстроился. А эту… За самбо душой болел, а карате — мода модная. Подумал это и мысленно себя тут же поругал. И там и там дети! Что я за педагог такой, делю воспитанников на любимчиков и утят… Гадких.
Ремонтом я занялся во время большой перемены и привлек к работе Зимина. А заодно расспросил его о том, как обстоят дела дома.
— Да нормально! — буркнул он.
— Точно — нормально? — уточнил я. — Я ведь проверю!
— Ну-у… Мамка не пьет, — проговорил Серега. — А так…
— Кто-нибудь приходил к вам? — насторожился я.
— Участковый, — нехотя признался он. — Грозился выселить, если мамка работу не найдет… А ее никуда не берут…
— Ладно, — сказал я. — Не переживай. Я разберусь… Выселить только через суд могут, дело не быстрое. У вас еда-то есть?..
— Картошка, макароны…
— Понял. Подождешь меня после уроков, ладно?
— Подожду.
Мы с ним приладили решетку. Теперь я ее закрепил так, что без инструментов не оторвешь. Прозвенел звонок. Журнал мне принесли девчонки из восьмого «А», у которого сейчас и начались занятия.
Погонял я восьмиклашек. Прыжки в высоту были. Пришлось маты в четыре слоя стелить.
А на перемене меня пригласили в учительскую к телефону. Я взял трубку, ожидая услышать кого угодно, только не человека, о котором уже стал подзабывать. Хотя кто-то на днях упоминал его фамилию. А-а, ну да, Курбатов же про него говорил!
— Александр Сергеевич, здравствуйте!
— Здравствуйте, товарищ старший лейтенант!
— Вы, оказывается, меня помните.
— Помню.
— Мне нужно поговорить с вами.
— Официально?
— Что вы, нет.
— Хорошо. Когда и где?
— Желательно — в неформальной обстановке, сегодня вечером.
— Я могу за вами заехать.
— Прекрасно! — обрадовался Свиридов. — К восемнадцати часам сможете подъехать к УВД Приреченского района?
— Смогу. Черная «Волга», госномер — эЛ два восемь, шесть три эС А.
— Записал… Ну до встречи!
Положив трубку, я отправился на последний на сегодня урок, а потом захватив Зимина, поехал к нему домой.
Правда, для начала мы заскочили в продмаг и набрали продуктов, разной там картошки, лука, морковки, муки, круп, макарон, соли, сахара, чая, консервов рыбных и тушенки, растительного масла — из расчета недели на две-три.
Когда я затормозил у подъезда, бдительные незамерзающие старушки почтительно со мною поздоровались. Было видно, что черная «Волга» произвела на них впечатление.
Видать, решили, что я все-таки не Томкин хахаль, а большое начальство.
