Фэнтези 2004

— Но почему? Я посланник князя, я везу важное письмо, я должен обсудить с твоим отцом вопрос о твоем замужестве… Кому придет в голову убивать такого посланника?

Принцесса — а теперь Лэн уже не сомневался, что разговаривает именно с ней, — вновь тихонько вздохнула.

— Ты все-таки очень глупый человек, Бар-Аммон. Големы навели на тебя морок, и ты перестал различать, где правда, а где ложь. Помнишь, я говорила тебе, что ты не первый посланник Замурру? Раз в год князь Уммы пытается предложить мне брачный союз.

Каждый год к нам в горы приходят тупые как бараны големы и приносят письма с одними и теми же словами. Это продолжается не год и не два, Бар-Аммон. Замурру принялся надоедать мне сразу после бесславного поражения в Битве Трех Князей…

— Но это же было очень давно! Послушай, я не скрываю, что не слишком хорошо знаком с историей этих земель, но в том сражении участвовал, по-моему, еще дед нынешнего князя Уммы!

— У големов нет родителей, Бар-Аммон. Они появляются на свет из глины, которую извергает из своего мерзкого зада речной червяк Суббахи.

Когда они стареют — глина ведь трескается от времени, — их отводят в подземное святилище Речного Бога, бросают в большой чан и размешивают дубовыми палками, а потом лепят заново. Кстати, тебе повезло, что ты не остался в Умме на праздник Урожая. Чужеземцы редко приходят в княжество Желтой Реки, но, если уж они туда попадают, во время праздника их торжественно кидают в Купель Суббахи…

— Зачем? Ведь человека нельзя вылепить заново…"

"— Да что ты! — снова хихикнула принцесса.

 — Неужели? С человеком, если хочешь знать, можно сделать что угодно. Заморозить, сжечь, превратить в камень… Почему же из него нельзя вылепить глиняного болвана? А откуда, ты думаешь, взялись все эти толпы крестьян, что с утра до ночи работают на полях твоего повелителя? О, когда-то все они были обычными живыми людишками из плоти и крови… Но мы отвлеклись, маг. Как ты думаешь, почему Замурру так добивается моей руки?

— Понятия не имею, — буркнул Лэн.

Ему отчетливо вспомнился ночной разговор с Озимандией. — Проклятье, принцесса, только не говори, что ты думала о замужестве еще во времена этой исторической битвы…

— А что тут такого? — удивленно спросила Элия. — Мы, Повелители Льда, живем практически вечно — и сейчас я ничуть не хуже, чем была сто лет назад, уверяю тебя. Замурру увидел меня как раз на поле боя, когда мы сошлись лицом к лицу у штандарта Снежной Твердыни.