— Она, может, вправду где-то неподалеку.
Он шагнул в коридор, потянув за собой дружка. Тот попятился, злобно глядя на меня, и захлопнул дверь.
Я сидел неподвижно, прислушиваясь к тихому дыханию, все это время доносившемуся из-под кровати, и к звуку шагов на лестнице. Когда они стихли, встал, запер дверь на ключ, повернулся к кровати и негромко сказал:
— Ладно, вылезай.
Взметнулся край одеяла, и рыжая взлетела, как цветастый вихрь, провела ладонями по бедрам, оправляя юбку, оглянулась и бросилась к двери.
Я решил было, что эльфийка собирается отпереть ее и выйти, — а ведь Чуб с Косынкой могли схитрить и тихо вернуться сюда, — но нет, рыжая замерла, прислушиваясь.
Я натянул рубаху с курткой. Посмотрел на самострел, решил пока его не разряжать, прицепил к нему ремень и перекинул через плечо.
— Ушли, — выдохнула эльфийка и шагнула ко мне, глядя в лицо. Наконец я смог разглядеть ее получше. Ростом куда ниже меня, как и большинство эльфов — худая, но, в отличие от них, не смуглая, а белокожая.
Кудряшки рыжих волос торчали во все стороны. Лицо треугольной формы, нос маленький, а глаза большие.
— О, так я тебя знаю! — объявила она.
Я прищурился. Конечно, многие из тех городских жителей, что зарабатывают на жизнь незаконным образом, знакомы со мной. Но тут есть один важный момент: я сам всегда знаю тех, кто знает меня. А когда какая-то незнакомая эльфийская вертихвостка, вбежавшая в вашу комнату и спрятавшаяся под кроватью от двух бродяг с ножами, объявляет, что знакома с вами… ну, это настораживает.
— Ты — Джанки Дэви, — продолжала между тем эльфийка Эви. Она не говорила, а будто пела — голос был очень чистый, журчал, как ручей в ясный солнечный день. — Тебя еще называют Джа. Сейчас ты живешь в… — тут она замолчала.
Помимо самострела у меня еще был длинный узкий кинжал. Вообще-то я не люблю оружия и всякие самострелы-мечи-пращи не имею привычки с собой таскать. Но так получилось, что как раз вчера я закончил одно дело для Мармышки Оружейника.
Мармышка — тролль, живет в порту и занимается тем, что перепродает контрабандные клинки. Ему доставили партию оружия, но они с поставщиком не смогли сойтись в цене. Мармышка попросил меня выяснить, сколько стоят кое-какие предметы из партии, и через Патину я для него это разузнал. А он расплатился со мной самострелом и кинжалом.
Так вот, рыжая замолчала потому, что кончик моего кинжала коснулся ее кожи.
