Меценат и покровитель оркестрантов, маркиз Теодор Ля Гарде за месяц до музыкального турнира, назначенного герцогом Карлом Вюрлинбергским, тайно обратился к скандально известному меломагу Геллику Кантилену. Путем разработанного в спешке резонанс-заговора, действующего без участия и ведома объекта воздействия (запрещено «Соглашением о доброй воле»), меломаг Геллик усилил ряд профессиональных качеств музыкантов. После турнира лишь арфистка Доротея, из-за болезни пропустившая концерт, сохранила рассудок; остальных ее коллег постигла скорбная участь завсегдатаев местного бедлама.
Это был первый случай «гарделльской глухоты» — безумия, вызванного резонанс-заговором в сочетании с возбуждением, испытываемым объектом при публичном конкурсе.
Впоследствии госпожа Рэнфрю вышла замуж и родила троих детей, двух мальчиков и одну девочку. Но к арфе не подходила никогда.
…Гувальд Мотлох, нищий. Старшина Цеха Мендикусов, выборный цехмейстер от Желтого Шонтвальда, известный «рассудитель» спорных вопросов в среде бродяг и попрошаек.
Шонтвальдская группа увечных, в составе которой находился и Мотлох, перебралась на лето в Грюнне. Грюннский барон, человек невероятной жадности, как раз заказал нанятому алхимику производство… Нет, не золота из ртути. Для этого барон был слишком умен. Без дружины ты в провинции никто и звать никак, хоть три герба развесь на стенах. Дружину надо кормить, а харч стоит денег. Значит, если отработать метод превращения глины, стружек и земли в хлеб, мясо и вино, можно изрядно сэкономить.
Алхимик клялся, что знает рецепт. Первые продукты, полученные в результате торопливых метаморфоз, опробовали на вечно голодных нищих.
Старшина Гувальд в те дни постился, оттого и выжил.
Жалобы на обидчиков он не подавал.
…Балтазар Монтего, солдат. Хорунжий Драгачевской роты кирасир, после Тршичской баталии — есаул лавы, эскадрона вольнонаемной кавалерии. Ветеран партизанской войны в Загребле, трижды ранен, кавалер «Вечного Странника» с лентой. Под Слепой Бялицей эскадрон Монтего подвергся ковровой одержимости, вопреки соглашению воюющих сторон об ограничении бранной магии массового поражения.
Демонически хохоча, всадники перебили друг друга. Балтазара спасло ранение: из госпиталя его выписали через неделю после гибели эскадрона, и под Бялицу он опоздал.
Подав прошение об отставке, Балтазар Монтего уехал на родину."
"Бялицкий маг-психот, наславший одержимость, отделался пятилетним заключением в «Очаровании», тюрьме для чародеев.
