В некоторых случаях самоубийца мог выбраться из могилы и шататься ночами по окрестностям, а порой даже посасывать кровь у скотины, но превратиться в хелблара… Маловероятно. Для этого надо нечто большее, чем покончить с собой. Некромант почувствовал, что после стольких лет поисков он наконец-то напал на след.
— Ты знаешь, почему он решил умереть?
Заговорил На-гор, и Ра-тон с явным облегчением перевел дух.
— Он убил женщину. Из-за того, что она была не его. А потом решил уйти следом. Уг не принял душу убийцы в ледяные чертоги и поэтому пришел возвратившийся.
Некромант покачал головой:"
"— Сомневаюсь, что все так просто, старик. Хелблар — это высшая ступень того, во что может превратиться мертвый. Драугр пожирает не только плоть. Питаясь душами, он набирается сил. С каждым убийством, с каждой душой, становится все сильнее и сильнее. А затем перерождается в то, от чего бегут даже снежные тролли. А уж их-то никто не смеет обвинить в трусости. Я сомневаюсь, что все дело в непринятой душе. Возвратившимся движет что-то иное.
— Что? — нахмурился Ра-тон.
— Еще не знаю. Расскажи мне о женщине.
— На-ара была красива, — процедил Ра-тон. — Она многим нравилась, но ее родители давно решили, кому она будет принадлежать. Через месяц девочка и наш лучший воин — Ха-зон должны были связать себя узами Уга. Но Да-ром любил ее и убил, чтобы она не досталась другому.
Некромант презрительно поморщился. Порой людские поступки ставили его в тупик.
— Ты поможешь прогнать зло? — Старейшина не отводил от него глаз.
— Быть может, и помогу, — после очень долгого молчания сказал некромант.
— Мы не справимся сами. Ни один меч и топор деревни здесь не помощники. Тебя послал Уг. Веришь ты в это или нет. Если уйдешь, люди будут умирать до тех пор, пока никого не останется.
Гафур хотел было сказать, что ему все равно, но отчего-то не стал. Он и сам не смог понять, почему произнес совсем иное:
— Этой ночью он должен прийти вновь. Я останусь с вами. Это все, что я могу обещать. Но пусть Ходящая не мешает мне.
Ты согласен?
— Да.
— И мои слуги к вечеру вернутся. Они понадобятся.
На этот раз старейшина задумался надолго:
— Люди не должны пострадать от вставших из могил.
— Договорились.
— Делай то, что сочтешь нужным. Но только прогони возвратившегося, — дал разрешение На-гор.
Наступил вечер, а северное солнце и не думало клониться к закату. Добравшись до горизонта, оно, казалось, замерзло, застыв до утра и превратив ночь в жалкую падчерицу сумерек.
