Максим на мгновение остановился, и тогда она сделала то, что давно хотела – запустила пальцы в его темные волосы и сжала на затылке, чуть оттянув назад. Вторую руку положила ему на бедро, выгнулась, и как в ледяную воду нырнула.
Она подхватила заданный темп и теперь двигалась в одном ритме с Максимом. Если ей удавалось как-то отодвинуться, Макс мгновенно реагировал и снова впечатывал ее в себя, заставляя выгибаться еще сильнее.
«Мамочки, я сейчас умру…»
Сегодня ей точно лучше остаться ночевать прямо здесь, на скамеечке под платаном.
Люди добрые, разве это танец? Это чистый секс в самом что ни на есть природном его проявлении. Прижимающийся к ней всеми частями тела Макс как мог наглядно это демонстрировал.
«Смотри, какой парень! Вот не была б ты дурой, уже бы имела свои бонусы!» – всплыло в голове ехидное.
Никак ее давешний приятель проснулся. Где ж ты раньше был, болезный? Чего ж не стукнул ее изнутри по темечку, чтобы она не лезла на танцпол? Они ведь так мило прогуливались, держась за руки, прям как в детском садике.
Динка тонула в выразительном взгляде плавящих ее глаз, смотрела на вздымающуюся грудную клетку под футболкой, вспоминала рельефные, прорисованные мышцы, слушала прерывистое дыхание и с тоской понимала, что ее дыхание мало чем отличается. Да и общее состояние тоже.
Внезапно он развернул ее, впечатав в себя на этот раз спиной. Хм… и не только… Положил руки на живот, как приклеил к себе. Музыка закончилась, народ вокруг взорвался аплодисментами. Динка замерла, тяжело дыша.
Максим прятал лицо в ее волосах. Она помедлила, а затем откинула голову и прислонилась затылком к его плечу. Он запустил руку ей в волосы, крепче прижал к себе и начал дышать глубже, стараясь восстановить дыхание.
– Все. Развлекли народ, пора и честь знать, – негромко сказал Домин, склоняясь к ее уху, а на самом деле скользнув губами по шее. Потянул за парео. – Сними эту тряпку.
Дина, не глядя, развязала парео и сунула кому-то наугад. Максим повел ее к выходу, подхватив по дороге рюкзак и босоножки.
Шли молча. Динка понемногу приходила в себя и судорожно соображала, что можно сказать, потому что молчание затягивалось и становилось колючим и неудобным.
– Молчи, Дина, – хрипло предупредил Домин, и она ахнула про себя. Неужто он вдруг сделался телепатом?
Они спустились к морю и вышли на пляж, совершенно пустынный и безлюдный. Лежаки были собраны и сложены, как слоеный торт. Максим стянул с себя футболку и принялся расстегивать джинсы.
