Флеш Рояль. Соната для Бетховена

Они играют в какие-то свои, мужские игры, в которых ей отведена пассивная роль мебели, ей не сочли нужным ничего рассказать или объяснить, ее бросили в воронку событий и смотрят — выплывет-не выплывет, а она барахтается сама и пытается плыть практически наощупь.

Но сейчас она сыграет в свою игру, сейчас здесь, рядом, ее мужчина, и что бы он не говорил, она все поняла по глазам. Максим ее любит, и она не станет больше ничего выяснять. У нее сегодня свадьба, и пусть сама свадьба была не такой, как ей мечталось, в ее силах сделать, чтобы брачная ночь прошла так, как хочется ей.

И с тем, с кем она хочет. Это ее мужчина, она знает как ним управлять, это намного легче, чем управлять внедорожником.

Дина сделала вдох и запустила пальцы в жесткие волосы на затылке. Макс замер, а потом сделал попытку высвободиться.

— Нет, Дина, мы не должны…"

"Она ничего не ответила, лишь крепче сжала пальцы и скользнула губами по шее, захватывая подбородок, ныряя назад к ключицам и снова скользя по шее. И почувствовала, как напряглись мышцы, услышала, как участилось и потяжелело дыхание.

Они в четыре руки расстегивали пуговицы на его рубашке, и уже через миг рубашка улетела куда-то в сторону. Максим попытался найти застежку на платье, а потом просто рванул кружево, и оно легко поддалось, все так, как он говорил.

— Девочка моя. Любимая, — он сдавил ее, подминая, и она растворилась в нем, снова чувствуя, что может жить и дышать. И все вокруг исчезло, испарилось, остались лишь они двое, двое одна плоть.

Глава 10

Макс перевел дыхание и хотел что-то сказать, но она прижала к его губам ладонь.

— Молчи, Максим. И уходи, — натянула на плечо разорванное кружево и отвернулась к спинке дивана. Затылком ощущала, как он поспешно одевается, и, наконец, дверь скрипнула и закрылась. А следом из-за стенки послышался рык, похожий на волчий, и звук глухого удара.

«Снова будут друг другом стены ровнять, идиоты», — поморщилась, стянула смятое и разорванное платье, надела шелковый халат и вышла из комнаты.

Картина была знакомой и, можно уже сказать, привычной, у Макса из рассеченной губы сочилась кровь, Тимур выглядел, как и положено Супермену.

— Правильно, что за свадьба без драки, — одобрительно кивнула и пошла дальше по коридору, но с полдороги обернулась, — уже поздно, пожалуйста, убивайте друг друга тихонько, а то вызову милицию.

— Дина! — рыкнул Тимур, но ей было не жаль его ни капельки.

— Она ни при чем, — захрипел Максим.