Флибустьер

Хотелось побыстрее добраться до Ямайки и продать рабов. Отдавать их за бесценок губернатору Франсуа де Франкене не собирался. Как капитану мне бы было выгодно получить за них доплату, а как судовладельцу пришлось бы потерять больше половины стоимости рабов.

На Ямайке уже знали, что мы ограбили Веракрус. Я поражался скорости, с какой новости распространяются по островам. Такое впечатление, что соединены подводным телефонным кабелем. Поскольку мы были первыми, я получил за каждого раба от двадцати пяти до тридцать фунтов стерлингов, точнее, индиго на эту сумму, которое разместили на палубе, надежно укрыв брезентом.

Что-либо более объемное негде было бы перевозить. По моему совету Жильбер Полен оставил себе пятерых рабов, двух мужчин и трех женщин.

— Мужчины стоят дороже и на хлопковой плантации женщины полезнее. Да и какая-никакая баба у тебя будет. Уверен, что в Чарльстоне белых женщин намного меньше, чем мужиков, тебе вряд ли достанется даже рябая, — объяснил я. — Но пока не прибудем туда, рабы — моя собственность.

— Как договаривались, — мрачно произнес буканьер.

Он славно гульнул в Веракрусе, где спиртного было на каждого флибустьера немеряно, и передумал бы становиться хлопковым плантатором, если бы я позволил.

Когда мы, завершив дела с англичанами, снялись с якоря, в бухту зашел первый баркас. Флибустьеры с него рассказали, что они успели проскочить в Юкатанский пролив перед самым носом испанской эскадры, а вот повезет ли тем, кто шел за ними, — большой вопрос."

"Губернатор Франсуа де Франкене сильно огорчился, получив свою долю наличными.

Деньги — самый невыгодный груз, который можно увезти отсюда. Во Франции они стоят столько же, а вот любой местный товар можно перепродать в Европе в несколько раз дороже. Везти деньги есть смысл, когда некуда складывать товары.

— Что, рабов не захватили?! — удивился Франсуа де Франкене.

— Захватили, — ответил я. — Их привезут на других судах.

Про испанскую эскадру я ничего не сказал. У меня была уверенность, что в следующий мой приход сюда губернатором будет другой человек.

Слишком это хорошее место для такого посредственного управленца без связей.

Старый Этьен продал все оставленные ему товары. Вычтя комиссионные, отдал мою часть драгоценными камнями, золотым песком и испанскими серебряными песо. В бриг, при всем желании, больше ничего не влезало. Разве что выкинуть бочки с водой и копченым мясом. Задерживаться на Тортуге не стал, сразу отправился домой, так и не дождавшись остальных судов нашей эскадры.