Онлайн-библиотека книг
На счет рыжеватых статистики нет. Одет в черное, по-пуритански. Значит, злой — напрягает себя и других. Я уже просмотрел грузовые документы с его судна. Сахар, табак, какао, перец, индиго, сарсапарель, имбирь и даже большой ком серой амбры. А еще в капитанском сундуке лежали мешочек с полусотней жемчужин среднего ценового диапазона и второй, побольше, в котором было около десяти фунтов золотого песка.
— Откуда золотишко? Неужели на Ямайке нашли месторождение? — поинтересовался я.
— Это ямайские купцы выменяли на материке у испанцев, — ответил капитан.
— Я бы сильно удивился, если бы рассказали, — соглашаюсь с ним, после чего задаю еще один вопрос: — Судно твое?
— Пятая часть принадлежала нашей семье, а остальное — еще семи владельцам, — рассказал он.
— Они тоже пуритане, как и ты? — спросил я.
— Конечно. С другими мы общие дела не ведем, — ответил молодой капитан таким тоном, будто объяснял дурачку прописную истину.
— Значит, бог помог вам избавиться от искушений, порождаемых богатством, — сделал я вывод.
— Бог дал, бог взял, бог вернет, если заслужим, — важно изрек пуританин.
Как и все его собраться, этот тоже норовит говорить прописными истинами. В двадцать первом веке работал бы, наверное, в рекламном агентстве, придумывал слоганы и жег ими пустые души потребителей, а сейчас приходится метать бисер в калашном ряду.
По пути в Нант мы пересекли курс по носу, на удалении мили полторы, французской эскадре, которая шла строем линия или, как будут называть позже, строем кильватер.
59
Стоим в порту Нант уже третью неделю. Вчера на аукционе были проданы последние товары с обоих захваченных судов и они сами. После вычета доли генерал-адмирала и всех издержек, осталось два миллиона девятьсот тысяч ливров.
