Флибустьер

На ночь не останавливались. К тому времени ветер сменился на западный и подутих, поэтому я решил, что до утра войдем в, так сказать, французскую зону влияния, где даже потерявшиеся суда уже не заблудятся. Им надо будет всего лишь поджаться к французскому берегу и вдоль него спуститься на юг до устья реки Луары, а потом подняться по ней до Нанта.

62"

"Продаже призов затянулась почти на месяц. И сами захваченные суда, и груз в трюмах стоили мало. Галеон и четыре шхуны собирались в Африку за рабами, а остальные были нагружены шерстью и овчинами.

Галеон купили те же самые «датские» купцы, а шхуны и бригантины разобрали французские судовладельцы, часть которых приехала из Сен-Мало, который сейчас стал столицей корсаров. Шхуна, показавшаяся мне знакомой, была бывшей моей, а то того — Мишеля де Граммона. Поскольку мы оба и еще англичанин, который купил шхуну на аукционе, потеряли ее, я решил не выкупать. Пусть принесет несчастье и следующему хозяину, но уже не мне. Всего мы захватили на восемьсот тридцать тысяч ливров с хвостиком. На пай вышло по тысяче сто тридцать одному ливру и шестнадцать су.

Во всех припортовых забегаловках начался праздник длиной в несколько недель, потому что я решил в этом году больше не выходить в море. Пока продавали трофеи, пришло известие, что английский флот вернулся в Ла-Манш и захватил нескольких французских корсаров. Следом за ним вернулся из океана и французский флот, но в пролив сунуться побоялся, встал в Бресте на зиму, хотя до нее еще полтора месяца. Я решил последовать их примеру.

Оба брига благополучно сходили в Вест-Индию и вернулись с полными трюмами колониальных товарах, подорожавшими за год еще процентов на десять. Заморская торговля практически встала. Флибустьеры всех воюющих стран поспособствовали этому. Впрочем, и я приложил руку, причем неслабо.

В ноябре приехал из армии тесть Матье де Кофлан и рассказал, как воевал. В общем, почти никак. Сидели в осаде и сопровождали обозы. В апреле захватили город Монс, а в сентябре маршал Люксембург во второй раз надрал задницу князю Вальдекскому, причем противника было почти в четыре раза больше.

Мой полк в этой стремительной и дерзкой атаке не участвовал, но тесть рассказал о ней с такими подробностями, словно был главным участником. Умеют французы гордиться победами, особенно чужими.

Зиму я провел в своем имении в компании стремительно полнеющей жены. Нет, она не была беременна. По ее словам, в мои долгие отлучки Малу становится скучно и тоскливо.