Фокус

А если сегодняшние игры еще и заразят ее ветрянкой…

Я выхожу из душа, заглядываю к Соне в комнату: она крепко спит, но на часах уже около шести, значит, самое позднее через час она точно проснется. И лучше, если в это время Йори не будет лежать голой на диване.

Мне очень не хочется ее будить: в жизни не видел, чтобы женщина спала, как какое-то маленькое экзотическое животное. Свернулась клубком, странно и накрепко переплелась с одеялом, светлые кудряшки разбросаны по подушке. Присаживаюсь рядом на корточки, убираю с лица пару прядей, но они тут же соскальзывают обратно на нос — и Йори, совсем как кошка, смешно морщится.

Даже не скажешь, что ночью она была раскованной малышкой, готовой с удовольствием воплотить все мои сексуальные фантазии.

— Маленькая, — осторожно трясу ее за плечо, — тебе лучше перейти в постель."

"Она почти сразу открывает глаза, но несколько секунд осматривается по сторонам, лишь в конце фиксируя взгляд на моем лице, как будто пытается понять, реальность я или продолжение сна.

Возится и пыхтит, не сразу освобождая руку из хитросплетений покрывала, протягивает ладонь, чтобы притронуться к моей руке. Так осторожно, только кончиками пальцев.

Есть что-то особенное в том, чтобы увидеть женщину утром после секса. Потому что, даже если кто-то скажет, что это — не так, за пару часов сна на проходит долгий путь трансформации, чтобы в итоге стать совсем другим человеком.

Бля, откуда в моей голове эта хрень?

— Доброе утро, — шепчет еле слышно и потихоньку, опираясь на мою руку, садится.

— Я даже не помню, как уснула.

— И как храпела на весь дом тоже не помнишь? — поддергиваю я. Это сильнее меня: мне слишком нравится цвет смущения на этих круглых щеках. Забавно, что при всей ее худобе — теперь я видел достаточно, чтобы это понять — у выдумщицы все равно немного по-детски высокие щеки и короткие пухлые пальцы.

— Я не храплю.

— Ты часто спишь с мужчинами, которые утром могут это подтвердить?

Конечно, это чистой воды провокация, но мне нравится результат: сведенные к переносице брови, плохо спрятанная паника.

То есть раздвигать передо мной свой ножки она не стеснялась, но стоило узнать, что храпит — готова прямо в одеяле бежать за тридевять земель.

— Прости, пожалуйста, — путаясь в буквах, просит выдумщица, очень смешно пробираясь вдоль по дивану. — Я никогда даже не думала…

— Йори, я пошутил. Ты просто сопишь, но это вполне милые звуки.