Именно за это невесть откуда взявшееся умение крутиться отец чуть было не угодил в тюрьму. По старой советской привычке в его действиях нашли криминал. Якобы он отмывал часть денег, принадлежавших местным бандитам. Этого добра шлялось вокруг хоть пруд пруди. Конечно, Марина догадывалась, что отец отстегивал энную сумму типам, которые обеспечивали музею «крышу». Но это прегрешение было единственным. Все деньги, что удавалось заработать на дополнительных промыслах, отец, не надеясь на федеральную поддержку, направлял на развитие музея и на зарплату служащим.
После комплексной ревизии отца только пожурили, а позже даже вынесли благодарность за «творческий подход» к делу. Но Марина догадывалась, что здесь не обошлось без местных чиновников. Наверняка им дали на лапу. Нет, отец как раз был на это не способен. Но рядом с ним находилась Ольга Борисовна, а она умела не только сразить любого мужчину своей красотой, но и решить проблемы так, что никому не было обидно.
Имя мачехи всякий раз вызывало у Марины изжогу.
Конечно, она не знала в деталях, как развивались события. Отец во время их редких встреч не слишком откровенничал. А Марина не настаивала на его откровениях, потому что знала: непременно всплывет имя мачехи. Она, похоже, затмила свет в окошке ее бедному отцу: об Ольге Борисовне – хорошо или ничего. Аркадий Сергеевич неизменно придерживался этого принципа. И даже в том случае, когда мачеха чуть ли не в открытую изменила ему с одним иностранцем, представителем ЮНЕСКО, который как-то побывал в Ясенках, отец простил ей и эту «шалость».
Аркадий Сергеевич никогда не был мягким и покладистым, но в случае с мачехой он вел себя как теленок. Марине не хотелось думать, что это было связано с возрастом, но сам собой напрашивался вывод, что «бес в ребро» одновременно засел и в голове ее папочки, никогда не слывшего бабником и прежде знавшего только работу и свой музей.
После смерти мамы он поначалу замкнулся в себе. Вокруг него всегда было много женщин: работниц музея, коллег по университету, студенток, аспиранток.
.. Высокий красивый мужчина с пышной гривой рано поседевших волос, он нравился многим, а две студентки даже подрались за право сдавать ему зачет последней. Предполагалось, что после трудного дня профессор станет сговорчивее и клюнет на пышные формы той или иной соискательницы его внимания. Аркадий Сергеевич страшно рассердился, узнав о драке, вернее, об истинной ее причине.
