Формула преступления

Любовники стали видеться реже, все чаще их встречи заканчивались скандалами, и наконец Викто́р предложил закончить отношения. Как не странно, Настя обошлась без истерики, а согласилась и заявила, что больше не желает его видеть до скончания мира. Княжевич удивился и даже немного обиделся, с какой легкостью от него отказались, но немедленно забыл об этой мелкой неприятности.

— Когда произошел окончательный разрыв?

— Кажется, этой весной, — небрежно ответил он.

— Точнее. В каком месяце?

— Так… — Викто́ру потребовалось вспомнить, когда выдохлась «самая великая любовь его жизни».

 — Был уже Великий пост, значит февраль… Нет, март. Точно — в марте.

— Где происходили встречи?

— У нее, Настя снимала квартирку на Песках, маленькую, но уютную.

— А этот пансион вы ей сняли?

— Как я мог это сделать? — Княжевич кисло улыбнулся. — Мы расстались почти год назад, и с тех пор я понятия не имел, что с ней было… Для меня это невероятный шок.

— Зачем же вы ее убили?

— Господин Ванзаров, не мучьте… Ну подумайте: зачем мне убивать давно забытую любовницу?

— Сколько угодно веских причин.

Например, она угрожала, что раскроет какой-то неприглядный поступок. Вам не оставалось ничего иного, как закрыть ей рот навсегда.

Виктор Геннадиевич хотел опровергнуть подозрение, но сил хватило лишь на тяжкий вздох:

— И чем же я, по-вашему, убил? Яд подсыпал? Подушкой задушил?

— Вот этим… — Родион поднял с пола рогожку, которая прикрывала улику.

— Это не мой револьвер, — сказал Княжевич без всякого упорства, словно отмахивался от безнадежного ужаса.

— Нет, ваш: на рукоятке имеется дарственная гравировка. Чистый и блестящий. Стреляли только сегодня. Наверняка чей-то подарок. Случайно не Настеньки?

— Нет… нет… нет… нет… не может быть…

Казалось, еще немного, и Виктор расплачется на груди Болотникова. Но так вести себя мужчине роскошной внешности не пристало. Еще решат, что испугался и хочет во всем сознаться. Опустив подбородок, он засунул в уголок губ папиросу.

— Поймете ли вы, что это — сплошное и нескончаемое безумие… Поверьте мне…

Понимать и верить не входило в планы сыскной полиции.

Узнав адрес семейного гнездышка Княжевичей, Ванзаров приказал отвезти уже официально задержанного в участок. Болотникову пришлось легонько толкать в спину, чтобы Княжевич переставлял непослушные ноги. Так и одолели лестницу.

Из соседней комнаты выглянула Русалова, озабоченная и встревоженная. Иногда женское любопытство так полезно.