Форпост

Она жила, каждую минуту открывая что-то новое, погружаясь в чувственное восприятие, и все четче понимала: последняя из случившихся с ней метаморфоз необратима. Она уже никогда не вернется в механический носитель, стремнина обстоятельств даровала ей шанс, о котором Беат могла лишь грезить, лелея в искусственных нейросетях смутные образы, полученные от сознания Ивана.

Их встреча становилась все более туманной неопределенной, но это уже не пугало, а вызывало сладкое щемящее предчувствие, которое внезапно обрывалось, словно мечты обрубало ножом: его прежде нужно найти, вырвать из лап насекомых.

Инсекты. Слово скрипело на зубах, рефлексия продолжалась, но теперь невнятные ранее чувства начинали приобретать вполне конкретный характер. Любовь и ненависть резко перекочевали из разряда фантомных, едва ли осознаваемых ощущений в реальность, они стали частью образа мыслей, данностью, от которой невозможно абстрагироваться.

Она полностью изменилась, стала другой, и теперь самым важным для нее было сберечь, как кричащую новизну познаваемых чувств, так и хрупкое дарованное самой Судьбой тело, к которому нельзя относиться потребительски, как к механизму.

Исхудавшая девушка с бледными тонкими чертами лица шла сквозь пласты утреннего тумана, а вслед за ней неслышно двигались две тени, не то ее ангелы-хранители, не то соглядатаи.

Она не видела, не замечала их, погрузившись в тяжелые, но желанные раздумья.

Разум Беат возрождался в новой ипостаси.

Она подвергала сомнению прошлые ценности, но еще не сумела выработать новых, которые стали бы прочным фундаментом для формирующегося здесь и сейчас рассудка.

Опасное, неопределенное состояние, способное породить непредсказуемую личность.

Местность, контролируемая инсектами, на поверку была не так уж и велика. Расстояния между базой РТВ, черным городом и сожженными лабораториями умещались в радиусе стокилометровой окружности.

Оценивая созданные насекомыми инфраструктуры и сравнивая местоположение отдельных, значимых сооружений, Беат пришла к закономерному выводу: телепатическое поле муравейника распространяется километров на пятьдесят от черного города, далее его воздействие ослабевает пропорционально расстоянию, и становиться ничтожным, фактически неуловимым в районе базы РТВ.

Группа Огюста, обремененная ее бессознательным телом, не могла двигаться быстро.