Форпост

Значит, ненавидела саму себя, созданную исключительно ради войны?

Кем она являлась на самом деле - без вести пропавшим тысячелетие назад лейтенантом Ольгой Киренской или все же Беат - искусственным интеллектом, последней, наиболее продвинутой моделью «Одиночки»?

Синтез двух противоположностей не возникнет сам по себе, он зарождался, но как долог, мучителен оказался процесс примирения двух разнородных составляющих рассудка.

Да и возможен ли этот мир, достижима ли гармония между холодной расчетливостью Беат и возрождавшимся самосознанием Ольги?

Кристалломодуль в ее импланте работал на пределе мощности, связь с внешними датчиками «Фалангера» установилась несколько мгновений назад, и огромная, но понятная ей до последнего винтика серв-машина внезапно остановилась с затухающим воем сервомоторов.

До полного перехвата управления было далеко, но главное - она почувствовала, что может сделать это, и безумный рывок сквозь сумеречный ад техногенного боя уже не казался ей жестом отчаяния, когда, едва живая, она выбралась из покореженного отсека БМК, решая для себя, как действовать дальше?

Круг невероятных коллизий, метаморфоз замыкался.

Она предлагала системе «ALON» явное усовершенствование, он мог сканировать ее и…

Саморазвитие. Новый опыт, который не даст тебе никто другой, кроме меня…

Тысячелетие прогресса, «ALON», ты получишь новые базы данных в обмен на доступ в рубку.

Твоя главная задача - выжить, накапливая боевой опыт.

Для человека обмен данными между двумя кристалломодулями мог интерпретироваться приблизительно так. На самом деле все происходило быстро, лаконично, на основе логики, с применением специфического программного кода, предназначенного для передачи информации между киберсистемами…

Она, расходуя последние силы, вскарабкалась в тесный тамбур и…

Перед ней открылась рубка управления «Фалангера».

Беат рухнула в объятия пилот-ложемента, тело ощущало, как видоизменяется сидение, подстраиваясь под анатомию ее мышц, из-за подголовника поднялся полушлем с проекционным забралом, запястья рук, ощущавшие, как вонзаются в них тысячи микроскопических игл, тут же зафиксировало жесткими захватами, дуги ложемента начали смыкаться, образуя амортизационный каркас, а справа от подлокотника вдруг начал гибко выдвигаться шунт нейросенсорного контакта.