Фотомодель на ранчо

Напротив, ей хотелось, чтобы он поцеловал ее снова. Она так трепетала, что Кэл не мог этого не чувствовать.

— Я не занимаюсь убеждениями…

Кэл придвинулся к Алекс еще ближе и теперь второй рукой стал поглаживать волосы у нее на затылке. Его дыхание овевало ее нежную кожу, а легкое прикосновение губ к щеке едва не валило с ног.

— Кто знает, чего вы сможете достичь…

А ведь он опять издевается! — неожиданно поняла Алекс, причем издевается, прекрасно сознавая, что она при этом чувствует. От этой мысли она пришла в себя настолько, что двинула локтем ему по ребрам.

Кэл коротко хрюкнул, но тут же засмеялся, чем разозлил Алекс еще сильнее.

— Если вы рассчитывали на какой-то эффект, то вам следовало целиться в более уязвимые места, дорогая!

— Я буду помнить об этом, когда вы в следующий раз посмеете ко мне приблизиться! — не поворачиваясь к нему, фыркнула Алекс.

— Серьезное предостережение. Положите седло на ограду, оно может понадобиться позднее.

Алекс сделала, как он сказал, но лишь потому, что это позволило ей хотя бы внешне овладеть собой.

В душе клокотал вулкан самых противоречивых эмоций, причем главной из них была досада на саму себя за примитивный способ, которым она пыталась разрешить создавшуюся ситуацию. Ни в коем случае нельзя выходить из себя!

Было всего начало шестого утра, и небо еще только начинало менять свой цвет с серого на нежно-голубой. Отведя жеребца обратно в загон, Кэл повесил сбрую рядом с седлом.

И только тут Алекс заметила его щетину и всклокоченные волосы. Судя по всему, джинсы и рубашку он натягивал в большой спешке.

— Если я разбудила вас, когда проходила мимо вашей двери, то как вы смогли столь быстро оказаться у меня на пути?

Он небрежно пожал плечами:

— Вообще, я сплю очень чутко, но разбудили меня не вы, а какое-то шестое чувство.

На этот раз он говорил без издевки, а серые глаза смотрели на Алекс очень внимательно. На мгновение он задержался на чувственных очертаниях ее губ, после чего вскинул глаза, чтобы встретиться с ней взглядом.

— Сегодня мы погоним на пастбище одно из наших стад, так что, если хотите, можете принять в этом участие.

— Вы предлагаете мне перемирие? — не удержалась Алекс.

— Я не думал ни о чем подобном, — сухо отвечал он. — Мы завтракаем в половине седьмого, а уходим в семь. Только помните…

— … я должна подчиняться вашим распоряжениям! — закончила за него Алекс.