Фотомодель на ранчо

Неподалеку от грилей был разведен костер, вокруг которого в качестве мест для сидения были разложены бревна. Ах да, потом будут песни, вспомнила Алекс. Некоторые из гостей предпочли эти бревна столам и сразу присаживались к костру.

Нестройный гул голосов изредка прерывался взрывами смеха. Повсюду, гоняясь друг за другом, бегали дети. Да, все эти люди довольны своей жизнью, не без легкой зависти подумала Алекс. Многое бы она дала, чтобы стать одной из них!

— Что вы здесь делаете? — поинтересовался Кэл, бесцеремонно прерывая ее мысли.

 — Разве вы не хотите есть?

— Кое-кто собирался принести мне мою долю, — мгновенно вспыхнув, отвечала она. — А я хочу найти удобное местечко…

— Это уж не Ройд ли часом?

— В общем, да. Он предложил, а я…

— А вы не смогли ему отказать!

Алекс напряглась как струна.

— Послушайте, я собралась вместе с ним поужинать, только и всего! — негодующе выдохнула она.

— Этот парень может захотеть большего.

— Возможно, но у него ничего не получится, — стараясь сдержать новый всплеск бешенства, заявила Алекс.

 — И не думайте, что меня легко затащить в постель!

— Хотите сказать, что я ошибался насчет того, что вы предлагали мне сегодня в полдень? — жестко поинтересовался Кэл.

Она резко, как от удара, вскинула голову, заливаясь краской возмущения:

— Вы меня не совсем правильно поняли!

— Возможно, я человек неотесанный, но ведь мы говорим на одном языке.

— В таком случае я удивлена, что вы не воспользовались подходящим моментом.

— Не то время и не то место. Типично женские рассуждения!

— Уж вы-то наверняка умеете выбирать и время, и место!

Последнюю фразу она произнесла излишне громко, что сразу привлекло внимание окружающих.

Алекс прикусила губу, удивляясь тому, что всего несколько минут назад воображала себя влюбленной в этого мужлана. Глядя на него, такого надменного от сознания своего неотразимого мужского обаяния, она почувствовала, что еще немного — и начнет его ненавидеть. Он ухитрился испохабить все, что имело для нее гораздо большее значение, чем чисто физическая страсть.

— Успокойтесь, — произнес Кэл, стоило ей открыть рот для новых упреков, — а то люди примут нас за любовников, которым вздумалось выяснять отношения.

Гнев и ярость сверкали в ее глазах, гнев и ярость были у нее на сердце. Плевать ей на всех, но такого обращения с собой она не потерпит! Ну, сейчас он получит сцену «выяснения отношений»!

Алекс внезапно рассмеялась, обхватила его шею обеими руками и привлекла к себе, закрыв его рот долгим поцелуем.