Затем он откланялся, а Фредерика из благородных побуждений воздержалась от обсуждения этого случая с Черис; также она предпочла никому не говорить о предложении мистера Мортона, так как хорошо относилась к нему и не хотела выдавать его тайны. Его предложение она постаралась отклонить как можно мягче; но когда он вздохнул и сказал со слабой улыбкой: «Я так и думал!» — в ее глазах запрыгал озорной огонек.
— И теперь вы подавлены.
— Разумеется!
— Но ведь и немного почувствовали облегчение, не так ли?
— Мисс Мерривилл! Клянусь, что это совсем не так!
— Но вы еще почувствуете, — заверила она его.
— Представляете, какую удобную холостяцкую жизнь вы вели до сих пор, и как бы вам не понравилось вдруг быть привязанным к чьей-то юбке.
Он рассмеялся немного грустно, но возразил:
— Мне бы понравилось быть привязанным к вашей юбке.
— А быть наставником моим братьям? — спросила она, сверля его взглядом. — Ведь вам пришлось бы включить их в свой жизненный распорядок.
— Да… ведь они не собираются жить с вашим старшим братом?"
"— О нет! Бедный Гарри! Они свели бы его с ума.
Он слишком молод для такой обузы и для того, чтобы добиться их уважения и послушания. Они разругались бы с Джессеми в первую же неделю!
— Понятно. Ну, хотя я и не знаю ничего о воспитании мальчиков, я бы постарался сделать все, что могу, — героически закончил он.
Она рассмеялась и протянула ему руку.
— Даже от одной мысли об этом у вас кровь стынет в жилах. Это так великодушно с вашей стороны, мой дорогой друг! Благодарю вас! Ну и попали бы вы в историю, прими я ваше предложение! Но я не сделаю этого, так что можете быть спокойны.
Он поцеловал ее руку.
— Не совсем так. Могу я хотя бы считать себя вашим другом?
— Конечно, я очень надеюсь на это, — сердечно произнесла она.
Когда он ушел, она не удержалась от смеха, но добродушного. Он выглядел уныло, но быстро пришел в себя. Это утвердило ее в мысли о том, что избежав этой женитьбы, он вскоре поблагодарит судьбу. Появление в его беззаботной жизни двух таких предприимчивых джентльменов, как Джессеми и Феликс, нарисовало в ее воображении такие картины, на какие только было способно ее чувство юмора.
Только Бакстед, подумала она, мог бездумно отчаяться на такой неблагодарный труд, как воспитание этих мальчишек. С этим справился бы Алверсток, не вызывая в них никакого чувства протеста, потому что они, непонятно почему, считали его в высшей степени достойным уважения джентльменом. Но тут ее размышления смешались.
