Она неуверенно сказала:
— Вы сама доброта, само благородство! Я не знаю, не уверена, почему вы сделали мне предложение: то ли потому, что думаете, что скомпрометировали меня, или, может быть, из жалости, которая совершенно неуместна, но которую, наверное, вы иногда испытывали ко мне…
— Честное слово, Фредерика, вы же знаете, что городите чушь! — дружелюбно ответил он. — Самую несусветную! Я не добрый и не благородный, и я не компрометировал вас, если бы жалел вас, то, значит, считал бы вас очень скучной особой, моя девочка! Но мне никогда не было скучно с вами.
— Он взял ее руки в свои и крепко стиснул. — Единственная женщина на свете, с которой мне не было и никогда не будет скучно! Я уже думал, что такой женщины не существует, Фредерика!
Она вся дрожала, мысли путались.
— Это невозможно! Вы же не любите меня! Как это могло случиться! Вы просто пытаетесь заставить меня поверить в это? Нет, не надо!
— Ничего подобного! — весело утешал он ее. Просто я вижу, что жить без вас не могу, моя восхитительная Фредерика!
Невольно она пожала в ответ его руки.
Заглянув в его смеющиеся глаза, полная сомнений и восторга, она застенчиво проговорила:
— Значит, вот это и есть любовь? Знаете, я ведь никогда не была влюблена и не знаю, что это. Очень давно я решила не выходить замуж, если действительно не полюблю. Алверсток, не думаю, что я вообще способна на это, потому что я совсем не такая, как Черис, а она-то знает, что такое любовь! Мне всегда казалось, если полюбишь мужчину, то перестанешь замечать его недостатки.
А я ваши недостатки вижу, и не все, что вы делаете или говорите, мне нравится! Только… мне так неуютно, грустно и совсем нерадостно, когда вас нет!
— Ну вот, дорогая моя, — сказал лорд, решительно заключая ее в объятия, — это как раз и есть любовь!
— Ах! — вскрикнула Фредерика, освобождаясь из объятий, которые чуть не задушили ее. — Теперь знаю! Я и правда влюблена!
Самый юный Мерривилл, ворвавшись в комнату, нашел их сидящим рядом на диване.
— Баддль сказал, чтобы я вам не мешал, но я-то знал, что никогда вам не помешаю! — с упреком сказал он.
— Кузен Алверсток, я бы очень хотел попросить вас об одной вещи!
Он замолк, вдруг заметив, и с неудовольствием, что рука кузена Алверстока обнимает Фредерику. Возмущенный таким предательски немужественным поведением, он поднял на своего кумира неодобрительный взгляд и спросил:"
"— А почему вы обнимаете Фредерику, сэр?
— А потому, что мы собираемся пожениться, — невозмутимо ответил лорд.
