– Ну что такое, Таюш? – нежно, совсем как в детстве, ворковала мама, почувствовав мое настроение.
– Не знаю, мам, Лёва изменился, – пожаловалась я, не зная, кому еще рассказать об одолевающих меня страхах. Я теряла самое дорогое, что у меня было, и не могла понять, как сделать так, чтобы легкость снова вернулась в нашу дружбу.
– Булочка моя, он же вырос, конечно, он изменится! Как и ты. Ты ведь тоже не такая, какой была. Люди меняются, Тая. Думаешь, нам с отцом было легко принять тот факт, что ты выросла и перестала быть нашей Булочкой? – спросила она.
– Но вы с папой не пытаетесь переделать меня и не критикуете! А Лёва постоянно бузит! – доверяла я свои секреты маме, зная, что она поможет разобраться в этой запутанной ситуации.
– Нам хочется, поверь, – усмехнулась она, но в ее добрых глазах не было упрека, лишь доброта и лучистое веселье. – Но опыт подсказывает, что это невозможно. Вы вырастете так или иначе, и мы не сможем на это повлиять. А Лёва сам еще ребенок, который входит в стадию взросления.
Ему тоже непросто.
– Пусть сам по себе взрослеет и собой занимается, а я буду сама по себе! – бурчала я.
– Вы с детства не разлей вода, если и захотите разделиться, не выйдет, – смеялась в ответ на это мама. – Поговори с ним, Таюш, уверена, он скажет, что желает тебе только добра. Как и мы.
– Ну правильно! Хочет быть моим папочкой. О чем и речь!
– Он просто старается помочь тебе стать взрослой и ответственной. Ему это далось проще, он с детства был обстоятельным, серьезным, чистюлей и аккуратистом.
"
"– Давай, нахваливай своего любимого Лёву, – надулась я, – а я у вас грязнуля неаккуратная.
– Тай, ну хватит быть такой букой, – мама вздохнула и ласково продолжила: – Пойми, мы не враги тебе, и Лёва не враг, а ты так защищаешься, словно мы тебе хотим навредить. Хочешь, я поговорю с ним?
– Зачем, мам?
– Чтобы не трогал тебя с уборкой этой, пока ты не адаптируешься. Никто еще не умирал из-за разбросанных носков.
– Нет, не надо, мам, я и правда хочу научиться порядку. Но чтобы никто меня при этом не контролировал. Я хочу сама.
– Тогда скажи это Лёве, – посоветовала она, – скажи, что именно тебе не нравится в его словах. Язык нам зачем дан, Булочка?
– Чтобы его показывать, бе-бе-бе, – поддразнила я маму, высунув язык, на что она сначала засмеялась, а потом грустно вздохнула. – Как же тяжело видеть тебя через экран. Так и хочется тебя потискать.
