Фригидная для оборотня многоженца

— Настоящая любовь — это когда тебе нужен лишь один человек. Другие перестают существовать.

— А на практике? Где ты подобное встречала? Сама ведь в своем предыдущем браке, спокойно закрывала глаза на измены мужа. Проще было обманываться, что у вас все хорошо.

— Джек мне не изме… — тут осекаюсь. Разве могу я говорить с уверенностью, после тех фраз. После его поступка. Могу ли я назвать наш союз любовью? Нет… уже не могу…

— Людям свойственно осуждать, то что они не могут понять, — подходит к столику у кровати, наливает из графина коричневую жидкость.

 — Выпей, Вивьен, поможет успокоиться.

Смотрю с недоверием. Не подсыпали ли они мне чего?

— Не бойся. Никто тебя травить не обирается, — озвучивает мои страхи. И этот радужный взгляд, под ним ощущаю себя зверьком под наблюдением в лаборатории.

— Но все же непонятно, — принимаю из рук чашку, — Насколько мне известно, волки обычно верны одной, избранной. А тут… — замолкаю, не зная, как корректней выразится. Не хочется сразу портить отношения с единственным человеком, который хотя бы на меня не смотрит, словно прибить готов и разговаривает вполне адекватно.

Отвечает на вопросы.

— В идеальных условиях да. Но истинную найти не каждому суждено. Если ее нет, то законы стаи разрешают иметь несколько самок. Чтобы компенсировать отсутствие истинной. При условии, что волк сможет сделать счастливой каждую.

— А если истинная все же находится? Потом? — Рискнула сделать глоток. Отвар оказался вкусным. Даже дышать стало немного легче. — Когда он уже обзавелся женами?

— Тогда обычно волк отпускает жен.

Обеспечив им безбедную жизнь, — в радужных глазах промелькнула тревога. И тут же исчезла. — Но бывают и исключения.

— И ты готова терпеть, третью, потом четвертую и так до бесконечности? — нет, мне никогда не принять и не понять подобного.

— Нет, конечно, — улыбается. — Рэймонд вполне доволен нами. Мы прошли тщательный отбор. Много усилий приложили, чтобы занять место подле него. Если Катарина — удовлетворяет его черноту, то я — отражение светлой стороны.

Когда он хочет нечто более жесткое, звериное отправляется к Катарине. За нежностью ко мне. Все идеально у нас, мы в полной мере заменили ему истинную, — по тону голоса, я понимала, она не лукавит. Искреннее так считает, — поэтому надобности в новых женах нет. Наш союз совершенен. — Тогда зачем вам я? Отпустите меня. Живите втроем. И я пожелаю вам счастья!

— Ты замыкающее звено. Так распорядилась судьба, — снова в голосе проскальзывает жесткость.