Фригольд

Оставьте ваше снаряжение здесь, мы принесем вам новую одежду. Мы должны вас вымыть, мой господин.

Он убрал Зерцало в Скрижаль, безо всякого стеснения сбросил комбинезон и, оставшись обнаженным, вошел в горячую, исходящую паром воду. Девы тут же начали омывать его, намыливая душистым пенящимся сиропом и поливая из больших кувшинов. Красивые молодые женщины, оставшиеся в коротких накидках — он усмехнулся, ощущая буйство тела Сигурда. Оно было слабым, но молодым, славным, давным-давно забытые чувства и эмоции внезапно просыпались из-за неконтролируемой игры гормонов.

Но он знал, что этот ритуал омовения — знак уважения, которое хозяин оказывает гостю, и отказываться от него не следует, и потому вел себя, как подобает Кел — надменно, высокомерно, позволяя низшим существам — не людям, всего лишь орудиям, омыть свое тело.

Служанки наследницы Визу Аран, едва не пленившие Сигурда, выглядели абсолютно разными, как утро и день. Он внимательно разглядывал их, пока девушки делали свое дело, пытаясь угадать происхождение Руны.

Бесцеремонно взял за подбородок рыжекудрую, ту, которой только что едва не сломал шею, повернул к себе лицо застывшей девушки. Красивая низшая и, похоже, настоящая. Кожа, локоны и цвет глаз напоминали уроженку сапфировых кругов, Сардра, Джейта или Заова, если они еще существовали, конечно. Обе девушки не принадлежали к Народу Кел. Интересно, хозяйка принесла эту Руну из Вечности или они пойманные Восходящие, заключенные в Руну уже здесь? Это дало бы ответ на многие вопросы…

— Я Айхо, мой господин.

Призрачная Дева Серебряного Замка и служанка золотой кел-леди Азимандии Визу Аран.

«Айхо». Так звали милого ручного зверька, что обожали держать Кел. Не имя, а прозвище.

— А ты? — он повернул голову к блондинке, усердно намыливавшей его бедра.

— Я Неумеха, мой господин.

— Это имя дала мне золотая кел-леди. Других имен у меня нет.

Хозяйка Серебряного Замка явно не заморачивалась, зачем церемониться с бронзовой прислугой, лишенной памяти и чувств? Это было настолько типично для Кел, что он не сдержал усмешки.

— Вы помните свои настоящие имена? Свое прошлое?

— Мы Руна, мой господин. У нас не было других имен, — удивленно ответила рыжекудрая.

— Мы не можем помнить, — добавила Неумеха, — мы созданы для служения золотой кел-леди.

— Зачем ты смущаешь моих девочек, незнакомец? — призрачное лицо вновь возникло в комнате, поплыло вокруг него, беззастенчиво разглядывая намыленного мужчину.