Фригольд

Он подцепил им пояс, пытаясь перерезать его, ткань со скрипом поддалась, одежда начала сползать с меня.

Я стиснул челюсти до хруста. Возможно, это обман, страшная ошибка, но выбора у меня не осталось. Даже если сейчас мое тело навсегда займет злой дух, это лучше, чем терпеть то, что они собирались со мной проделать.

Будь что будет! Я мысленно впустил напирающую изнутри волю голоса, позволяя ему забрать контроль. Это продолжалось мгновение, страшное мгновение, спустя которое я вдруг перестал чувствовать боль, перестал ощущать руки и ноги, стал бессильным наблюдателем, запертым где-то в уголке сознания — а тело, мое тело теперь принадлежало другому существу.

Рэнди стоял очень близко, ухмыляющееся лицо маячило напротив. Это было ошибкой. Тот, кто занял мое место, коротко, почти без замаха ударил его лбом в лицо, с такой силой, что нос Рэнди опять хрустнул, а сам рыжеволосый парень отлетел, врезавшись в стенку. От неожиданности Песчанка выпустил конец удерживающего каната, бросаясь ко мне с занесенной дубинкой, и это тоже было ошибкой.

Воспользовавшись обратной амплитудой удара, тот, кто был мной, акробатически выгнулся на натянутой веревке, выбросил свободную ногу вперед, неожиданно поймав голову противника в жесткий захват между икрой и бедром — и резким, слитным движением тела швырнул его в сторону. Песчанка с грохотом врезался в перегородку, едва не проломив ее.

С ними все произошло так быстро, что брат Рэнди даже не успел среагировать. Крутясь на веревке, не принадлежащее мне тело оттолкнулось от стенки ногой, и, снова сгруппировавшись, с размаху угостило его хорошим, плотным пинком прямо в солнечное сплетение.

Мик — так, кажется, его звали, отлетел в сторону, выбитый нож зазвенел по керамическим плитам. Пролетая мимо на раскачивающейся веревке, мое тело кончиками пальцев ловко подцепило клинок, затем крепко, до хруста зажало рукоять зубами — и, вскинув руки, коротким движением разрезало путы на запястьях.

Крутанувшись, как волчок, «я» мельницей снова расшвырял вставших Песчанку и брата Рэнди.

Короткие, хлесткие, точные удары. То, что мое тело болталось вниз головой, ничуть не мешало отбиваться. Затем, до хруста выгнувшись в пояснице, «я» хлестнул ножом по натянутой струне канате — и через секунду уже стоял на ногах. Неизвестно, каким боевым искусством владел мой безымянный напарник, но оно было намного эффективнее того, что мог бы продемонстрировать я сам даже с высоким уровнем «Боя-без-Оружия».