Фрилансер. Абсолютный хищник (СИ)

Я слишком привык к её «рабочему» виду и забыл, что она — тоже красивая, даже сногсшибательная женщина.

Конечно, она может проникнуть куда угодно и остаться для обывателей незамеченной. Примерно как тот русский экстрасенс, прошмыгнувший мимо нас во время покушения на русского же президента. Но зачем? Она сегодня — официальное лицо, но смысл напрягаться просто так, когда можно слиться с толпой безо всяких колдовских штучек?

Кстати, по поводу русского экстрасенса. Когда-то, когда я ещё лежал после того случая в госпитале, Мия, обнимающая от избытка чувств, там же, в палате, удивлённо спросила:

— Хуан, как же так? Он водил за нос всю венерианскую контрразведку.

Обманул антитеррор и двадцать шестых. И даже ушёл от тебя! Ушёл-ушёл, не спорь. А его, как котёнка, грохнули на той крыше те, кто взорвал электромагнитную бомбу. Те, кто ждал его, чтоб прикрыть эвакуацию. Как же так? Как он допустил?

— Понимаешь, котёнок, — погладил я её по голове (она позволяла такую вольность, как условно младшенькая), эти ребята могут очень хорошо чувствовать и даже предвидеть гибель ДРУГИХ.

Но сами они довольно беззащитны. Они плохо видят СВОЮ смерть, даже сильнейшие из них. Как, почему — не знаю, не спрашивай. Но если ты хочешь убить одного из них, если это твоя цель — ты можешь достигнуть успеха. Не охраняемый ими объект, а персонально они. Они слабые, какими бы могущественными ни казались. Это всего лишь люди, котёнок. Необычные, могущественные… Опасные, наконец! Но — люди.

Сколько времени назад был тот разговор? Год прошёл? Нет, не год.

Вечность!

Но они помнят. И знают, что если поступит приказ, СМОГУТ убить биоэнергетика. Но что-то мне подсказывало, что биоэнергетики — тоже люди, даже на службе у сеньора Феррейра. И вероятность договориться с ними по-хорошему всё же больше.

Однако, угроза кавалерией в лице опергруппы моей наставницы для убеждения вещь архинеобходимая, я бы даже сказал, ключевая. Ибо никто не будет относиться к твоим словам и предупреждениям серьёзно, пока за твоей спиной не появится рота спецназа — помню-помню, проходил.

И это тоже проходил. Столько раз, что самому тошно считать.

Машина заехала на подземный паркинг. Встала. Водитель, а у нас сегодня живой водитель (обычный, без способностей, из штата императорской гвардии) по внутренней связи произнёс:

— Спасибо, сеньор, — поблагодарил его я, вложив в голос как можно больше теплоты. Да, это его работа, но доброе слово и кошке приятно. Мне не трудно, а у него настроение поднимется.

Снаружи уже ждали.