Фрилансер. Абсолютный хищник (СИ)

Сеньор Шимановский может у меня даже выиграть, но УПРАВЛЯТЬ выигранным — не сможет.

Дерек запыхтел, но более одёргивать не стал. Видимо, сей тезис, про неспособность голытьбы быть богатым, распространён, и весьма популярен. Ибо основывается на фактах и многолетних наблюдениях за людьми в целом. И от этого стало ещё более не по себе.

— Возможно, я голытьба. — Я криво и очень коварно, как только мог, улыбнулся в ответ на такое оскорбление. — Но ты всё равно уйдёшь отсюда раздетым, Себастьян. У любого правила есть исключения.

Тот снова вскинул руки в жесте: «сдаюсь».

— Бога ради, Шимановский! Сможешь — пожалуйста! К счастью, это ничего не изменит, ибо даже выиграв у меня миллиард, ты всё равно останешься голытьбой. Ибо голытьба она не тут, — постучал он рядом с фишками на своей части стола. — Она тут! — Дотронулся пальцем до виска. — В голове.

Повисла тишина, пауза. Ибо я не знал, что говорить, да и не хотел. Ибо за ним правда, и Мишель, уча меня разбивать дорогущие вазы, уже об этом говорила.

Тем временем сразу несколько помощников крупье, с небольшими подносами, по очереди уносили золото (двадцать килограмм на такой положить можно, но не стоит, хотя по объёму оно бы всё на один уместилось). После ещё два типа в форме заведения принесли на таком же подносе кипу разномастных фишек. Фишки были не только разноцветными, но и подписаны — в центре каждой стоял номинал. И да, самый маленький — тысяча империалов, как и думал.

— Сеньоры, правила знаем? — оглядел каждого из нас Дерек. Мы оба кивнули. — Играем классику. Безлимитную классику, — оговорился он. — До окончания каждой текущей игры стеки пополнять нельзя. После — можно. Неограниченным количеством средств, но только до начала следующей раздачи. Пятьдесят две карты, условие, согласованное с сеньором Феррейра, — взгляд на меня и я кивком подтвердил — да, играем без джокеров. — Менять колоды можете в любой момент, как только текущая вам покажется замыленной.

И вновь мы оба кивнули.

Сеньор Хьюстон достал… Монетку. Древнюю архаическую монетку, какие сейчас используют только ценители-нумизматы и коллекционеры. Они, конечно, Банком Венеры выпускаются, но стоят гораздо больше своего номинала и до розницы просто не доходят.

— Хуан, орёл или решка? — обратился он ко мне, видимо, как к новенькому.

— Решка, — ответил я.