Фрилансер. Абсолютный хищник (СИ)

— Проходят столетия, но люди не меняются, — расфилософствовался я. — Луки и стрелы сменились на винтовки и пулемёты, те — на лазеры и пушки Гаусса, но мы всё те же обезьяны с дубинами, что и раньше.

— Хуан, что будет дальше? Поёжилась Сибилла. — Мне страшно.

— Что могу сказать… — Я задумался и дал беглую оценку. — Эти парни только строят из себя ярых фанатиков. Ярые фанатики воспитываются в гетто в Европе. Только из таких, тёмных, с промытыми мозгами, не видевших ничего за пределами гетто, можно сваять реальное мясо.

Эти парни хорошо говорят по-испански, они прожили здесь долго. И не могли не впитать в себя нашей культуры. Не скажу, что они начали её любить, но они отнюдь не похожи на собратьев из западного закоулка Евразии или Ирана. А значит, они не оголтелые, не будут переть на доты, и этим можно воспользоваться.

— Например? — напряглась Изабелла.

— Например, можно взять в заложники их семьи, — расплылся в коварной улыбке я. — В качестве ответной превентивной меры. Чтобы не чувствовали превосходство.

И в отличие Земных цветочков секты Благоденствия, местные дрогнут.

Раздался тяжёлый вздох.

— Хуан, к сожалению, наши на такое не пойдут, — констатировала её высочество.

— Да, не пойдут. Да и… Это… Бесчеловечно, — поддержало её чудовище. — Они — звери и выродки. Мы же должны оставаться людьми. Всегда. Даже вот так, когда плохо.

— Спорный тезис, — усмехнулся я, но развивать дискуссию не стал. У каждого своя правда.

— Так что же будет? — снова спросила Изабелла.

— Не знаю, — пожал я плечами. — Мне никто не докладывается, если ты не заметила. А даже если и будут докладываться — кто я такой, чтобы чем-то им помочь? Там мастодонты антитеррора. Больше них о террореистах и способах борьбы с ними не знает никто. Я ничем не смогу им помочь. Наверное, начнут переговоры, а потом замутят штурм. Так всегда делают.

— Наверное, — согласилась Изабелла и опала, задумавшись о своём.

— Хуан, в древности было такое государство, Израиль, — повернула посветлевшее личико Сибилла.

 — Я читала, что они не вступали в переговоры с террористами. И это работало.

— Когда надо было — ещё как вступали! — парировал я и усмехнулся. — Хотя да, ставили себе такую цель, имели доктрину. А ещё они плохо кончили.

— Ай, — отмахнулась она. — Они всегда плохо кончали. Каждый раз, когда им вновь удавалось создать в этом месте своё очередное государство. Мне бы хотелось изучить побольше материалов по той стране и эпохе.