Фрилансер. Абсолютный хищник (СИ)

 — А что такое?

— Да так, — отмахнулась она рукой, — пыталась по вашим чертам лица и психотипам определить, кто есть кто. Вот, не угадала — я плохой психолог.

— Парни, знакомьтесь, моя сестра Сиби, — расплылся в улыбке я. — У нас общий польский дед, в каком-то смысле она Шимановская.

Только позавтракав, парни перешли к сути. Судя по красным глазам, спали они мало, а по отсутствию запаха — при этом не пили. Так что завтрак и ядерный эспрессо был им нужен как воздух. Мы с чудовищем, вкусившие с утра маминых булочек, ели чисто за компанию.

— Таким образом, — подвёл Карен итог совещанию, — мы решили выходить на новый уровень и начать петь на испанском.

Я немного обалдел. Попытался протестовать:

— Но как же… Наш уговор тогда?

— Мы не будем петь на национальные темы, — поддержал комрада Хан. — Не будем вообще затрагивать скользких тем. Но Вань, я поддержу, хватит каверов. Мы на них нехило так «поднялись». И продолжим исполнять на концертах — как без этого. Но надо доказать если не себе, то хотя бы старику, что способны на большее.

Давай попробуем? Разучим песен пять, покажем ему. Если зарубит — вернёмся к каверам. У нас уже есть материал на программу… На десять программ! Ничего не потеряем. Пару вечеров на репетиции — и дело в шляпе.

Но если дон Бернардо одобрит… Это реально новый уровень, брат!

— Я тоже поддерживаю! — забил гвоздь в крышку гроба моего скепсиса Фудзи.

— Тогда поехали репетировать? — поднял я отвисшую челюсть. — Чего время терять?

М-да, как изменчива жизнь. Обратная Сторона уже наша.

А теперь будем обрабатывать Эту Сторону. Что ж, а почему, собственно, не рискнуть? И именно на рок-фестивале — сам бог велел.

Дайсон и Беатрис приехали к одиннадцати. Мы с парнями всё это время цапались, ссорились, орали друг на друга. Они, блин, всю ночь писали тексты! Тексты мать его писали! В жопу такие тексты! Снова слащавость «Алых парусов» рулит так, аж хочется облевать монитор!

Нет, к музыке претензий не было. Парни подросли на харчах «Крыльев», оматерели. Теперь из колонок звучали тяжёлые рифы, быстрые переходы, длинные проигрыши и обалденные соляки.

Может быть немного похоже на «Железную деву» с помесью ещё трёх или четырёх команд прошлого, но вещи получились зачётные. И главная фишка — переход от моего достаточно грубого и низкого тембра к фальцетным вставкам Карена и обратно. Хан же на бэк-вокале всю эту эпидерсию поддерживал, создавая ощущение хоральности, а хоровое пение, как известно, «вывозит» там, где солист слабый и не вытягивает один.