— Амиго, — вслед за Сильвией к бармену подошёл я, — быстро организуй нам столик и чего-нибудь фирменного пожрать. Мы — партнёры мистера Сандерса и будем его ожидать вон там, в углу. Вопросы?
Глядя на качков из охраны Сильвии, понимая, что это точно кто-то из аристо, паренёк лет тридцати струхнул и кивнул головой.
— Конечно, с-сеньоры. Сейчас к вам кто-нибудь подойдёт принять заказ…
Юджин появился через полчаса. Мы не скучали и активно поглощали пищу. Я бы не назвал кухню русской, скорее она была… Туристической.
Турист должен понимать что ест. Полностью чужое и незнакомое для него меня обычно не втыкает — хрен знает что выбрать. Если нет знакомых названий это плохо. А вот микс из знакомых и незнакомых — другое дело. Сильви только с работы, голодна, а я хоть и перекусывал с чудовищем, тоже был не против подкрепиться. Каким-то проглотом стал, надо бы больше двигаться. Обсуждали перипетии возможного ремонта и то, согласится ли хозяин на настолько большой ребрендинг заведения.
Но вот, наконец, и он. Невысокий полный коротышка, испуганно оглядывающийся на так и находящуюся в разных сторонах помещения, но грозную и бдящую охрану сеньориты. Ему сразу показали нас, прошествовал, сел. Испуган был — да, но как бы обозвать его испуг?.. Он не столько боялся имени «Феррейра», и не власти её отца или охраны. Он боялся… Перемен. Да, сам их инициировал, и, подходя ко мне, понимал, что влезает в большие игры. Я не просто засветился на куче медиа каналов.
Я «запалился» и в уличных боях, и прослыл «вестником „Цитадели“», он знал это. Знал и решил подмазаться к славе, заработать на этом, оседлать спадающую волну радикализма. И только теперь до него дошёл истинный масштаб — в игре основатели. ОсноватеЛИ, во множественном числе, а не глупый проект Веласкесов по разовому переформатированию действительности. А это иной уровень, где кланы первой десятки не на жизнь рубятся друг с другом. И все его попытки оседлать волну — лишь мелочь на общем фоне, даже не главный фронт их противостояния.
Глупец сеньор амиго, но с другой стороны не просто же так кто-то из великих сказал, что число глупцов — бесконечно? Не он — так другой, но судьба что-то бы да выкинула.
А что бы было, не будь таких, как он? Не было бы сеньора Манчини с его «Радио Романтика», не было бы бойни в Мирном, не было бы ветеранского резонанса… Да много чего не было.
