Фронтир

 — А вдруг грянет кризис? Кстати, его высочество отзывают из колонии. И это не слухи, уже назначен генерал-губернатор. Отзывы о нем самые положительные, но, сдается мне, опосредованной поддержке со стороны властей пришел конец."

"— Да понимаю я все. Этой зимой произойдут серьезные перемены. Будет назначен глава города и административный аппарат, изберут совет города. С нового года прекращаем программу по завлечению сюда людей, теперь они и сами сюда поедут. В следующем году новые переселенцы должны будут выплатить половину стоимости домов, для последующих скорее всего будем вводить и полную.

Разумеется, в рассрочку. Начнем вводить кое-какие налоги. Коммуналка полностью ляжет на плечи горожан, как и облагораживание города. Я, конечно, буду спонсировать, но именно что спонсировать, а не делать все сам.

— Люди не начнут разбегаться?

— Не начнут. Поверь, здесь еще долго будет куда лучше, чем в других местах. А люди не глупы, все видят и понимают. И потом, нужно бороться с халявой. Это до добра не доведет. На днях был занятный инцидент.

Мальчишки, вооружившись своими пращами, мечут камни в уличный фонарь. Мимо проходят люди, и хоть бы хны. Привыкли, что лампы будут заменены быстро, вот и не обращают внимания на мальцов. А что, пусть ребятки развлекаются. Как думаешь, если бы деньги на эти самые лампочки шли из их кармана, прошли бы они мимо? Вот то-то и оно.

— Что же, согласен, но…

Разговор обещал быть интересным, однако их беседу прервали самым радикальным образом. Посредине фразы Алексея в кабинет вошла Эмка и протянула мужу конверт с пометкой «срочно».

Почта и газеты доставлялись в Домбас попутными пароходами. В городе имелась почта и два почтальона — разумеется, женщины. Как видно, это послание пришло вечерним пароходом. Обычно в это время почту не разносили, но тут случай особый, мало ли какая там срочность, вот и доставили адресату в неурочный час.

Выпроводив супругу, Сергей вскрыл письмо. Выражение его лица изменилось, он прочел текст дважды и, тяжело вздохнув, протянул послание Алексею.

— Читай, от твоего приятеля из Новой Валенсии.

— Работает, значит, агентура? — невпопад пробормотал Алексей, углубляясь в чтение.

— В Новой Валенсии работает, а вот в метрополии не очень. Да и здесь можно бы порасторопней, — не сводя взгляда с друга, ответил Сергей.

— Ну он же репортер, а не профессиональный резидент, — откладывая письмо, вздохнул Алексей. — Сын?

— Сын у него слишком молод. Племянник. Понять бы только, что это значит.

— Ну вот, опять.