— Он их ломает, мы важнее целостности переборок! Быстро, быстро!
Створки поддались достаточно. Марцинкевичи протиснулись первые, а затем и мы. Судя по звукам, дроид решительно ломился за нами. Благо я оставил на ручном подрыве ещё одну дымовую гранату.
Впрочем, мы первые добежали до Авангарда, я тут же рухнул на место канонира, когда сзади снова грохнуло, окончательно выломав двери ангара. Показалась трёхметровая махина с двумя парами конечностей. Нижние у него просто пушки, а верхние — универсальные. И они сжимали аналог штурмовой винтовки, только увеличенный в несколько раз как раз под такие штуки.
Наплечные микроракеты как небольшой бонус.
Под его ногами тут же бахнула ослепляющая граната, что я оставил, загрохотала турель Авангарда. Робот… немного затупил. То ли от помехи сенсорам, то ли скачок на реактивных ускорителях и удар о переборки заставил на секунду заглючить мозги, промедлить.
— Улетаем! — крикнул Тимур.
— Нет, лучше сразу уничтожить.
Заработал установленный на турели импульсник, парой точных выстрелов сбив две пущенные ракеты, так что в трюме солидно рвануло.
К счастью, десантный отсек закрылся, защитив нас и от ударной волны. Щиты Легионера едва держались.
Борис тут же дал… назад — молодец!
Мы залетели глубже в ангар, толкнув Марафонца, который от многотонной махины отлетел как жестянка. По месту, где мы стояли, ударили пулемёты, лазеры и плазма, а тяжёлая турель Авангарда продолжала ритмично стучать. Щиты Легионера лопнули, динамики броневика стали передавать ещё более страшный грохот снаружи, куски дроида падали на пол.
Хорошо я привык этот пулемёт заряжать бронебойными!
Многорукая махина всё же успела на нас навестись, и выпустить ещё ракет. Но щиты броневика были не для красоты, а это малый юнит для коридоров корабля. Консервная банка заискрила и завалилась на пол, и я отпустил гашетку.
— Весело у вас там? — спросил Шериф.
— Да охренеть как!"
"Я снова зажал гашетку, продолжая расстреливать лежащего робота, из тридцатимиллиметровой пушки.
До чего у него броня прочная и толстая!
— Эрик, что ты делаешь? — недоумённо спросил Тимур, когда грохот стих.
— Он притворялся.
— Притворялся?
— У многих продвинутых машин с кучей резервных систем есть такой протокол. Если повреждения платформы слишком сильны, притвориться неактивным. Вдруг враг сам подойдёт ближе, тогда можно будет активировать оставшееся оружие или сдетонировать. Он был слишком целым. Ух мля… всё, выдохнули. Борис, красавец.
— Д-да… спасибо.
