Вид благообразный, и не подумаешь, что он большими деньгами ворочал. И одет скромно, не как воротила. Наверное, чтобы не обращать на себя внимание.
К заднему крыльцу подогнали крытый брезентом грузовик.
– Руки за спину. Предупреждаю: дернешься в сторону – сочту за попытку к побегу, стреляю на поражение, – жестко предупредил Андрей.
Никаких наручников не было и в помине. Долгое время они считались пережитком прошлого, позорным наследием капиталистического прошлого. Широкое распространение они получили значительно позже.
Сержант и Андрей расселись в разных углах кузова, арестованный с небольшим узлом личных вещей – посередине.
Ехали недолго, буквально десяток минут.
Под удивленными взглядами окружающих провели Ивасюту в транспортный отдел милиции, вернее – в его вокзальное отделение. Андрей представился.
– Ну да, мы в курсе, звонили. Но ты представляешь, что это такое – «сделать» купе в проходящем поезде?
Андрей пожал плечами – он и в самом деле не знал.
– Дежурный наш уже действует, – сказал его помощник, – но что получится, я не знаю.
Вот же не повезло – и с поездом, и вообще с конвоем.
Однако когда поезд прибыл, помощник провел их к десятому вагону:
– Бронь была, повезло вам.
Они прошли в купе и сразу закрыли дверь на защелку.
– Ивасюта, сядьте к окну.
Андрей задернул шторку, и конвоиры уселись по обе стороны двери.
Поезд тронулся.
Андрей успокаивал себя, что ехать недолго, по прибытии он отзвонится в отдел, пришлют какую-нибудь машину – и все, его миссия закончена. Только скорей бы, не по нему такие командировки.
За окном стемнело, и в купе зажегся скудный свет.
Сержант поднялся:
– Мне бы в туалет.
– Одна нога здесь – другая там.
Андрей запер за сержантом дверь.
Ивасюта криво улыбнулся:
– Не дрейфь, старшой. Никуда я не сбегу, набегался уже.
– Отставить разговоры.
Арестованный замолчал.
Вернулся сержант, постучался:
– Товарищ младший лейтенант, это я, Васильев.
Андрей впустил его в купе, запер дверь. Хотелось есть. Утром он выпил чаю с баранками, потом проводница Лена угостила его опять же стаканом чая.
И все.
Андрей помечтал об ужине – тетка обещала напечь блинов. Сейчас бы картошечки да кусок мяса – или хотя бы котлету. Андрей сглотнул слюну.
Первая остановка. Паровоз пыхтел паром, по перрону бегали и кричали пассажиры и провожающие – обычная вокзальная суета.
Через двадцать минут клацнули буфера вагонов, и поезд тронулся, набрал ход. Мерно стучали колеса.
Неожиданно ручку двери дернули.
Сержант встал.
