И вдруг портфель мелькнул, да не у мужчины, у женщины-продавца. Андрей напустил на себя безразличный вид, подошёл.
– Почём портфель?
– А сколько дашь?
– Посмотреть хочу, кожу пощупать.
– За спрос в нос не бьют. Бери, смотри.
Портфель был коричневый, на этом сходство с украденным заканчивалось. Андрей вернул портфель продавщице.
– Кожа жёсткая, не нравится.
Двинулся дальше, а через пару десятков метров кто-то за рукав тронул. Обернулся – потрепанный мужик, под старым пиджаком голубая майка. Похож на бездомного или пропойного.
Мужик шмыгнул носом.
– Слышь, парень, портфелем интересуешься?
– Есть такое дело.
– Тогда отойдём в сторонку.
Чего не отойти? К забору встали, где народу поменьше. Мужик из мешка портфель достал. Явно ворованный, поскольку у прощелыги пропойного такой дорогой вещи быть не может. Кожа отличной выделки, на глаз видно и на ощупь. Замки латунные, а под ручкой табличка с выдавленной надписью «Нотингем», латиницей.
– Сколько за портфель хочешь?
– Три косых.
– Дорого!
– Ладно, за две отдам.
Андрей портфель расстегнул, внутрь заглянул. Чрево пустое, бумаги успели выкинуть. Андрей портфель продавцу протянул, полез в карман, вроде за деньгами. А сам наручники вытащил. Одно кольцо на руке продавца застегнул, второе на своём запястье.
– Эй, ты чего удумал? – заблажил пропойца. – Я портфель нашёл, не стырил.
– В отделении расскажешь. Может, попадётся человек сердобольный, поверит. А я нет.
Мужик дёрнулся, наручник в руку впился. Андрей сказал:
– Дёрнешься ещё раз, пришибу, как таракана.
Портфель этот ещё утром владельца имел. А поскольку он иностранный подданный, получишь за грабёж на всю катушку, без снисхождения на заслуги.
Мужик перекрестился.
– Ей-богу, не вру, вот тебе крест!
– Атеист я, в бога не верю. Топай!
Отделение милиции было недалеко, в квартале. Туда и повёл задержанного опер. В дежурке, как только пропойцу увидели, сразу спросили:
– Федька Стакан! Что на этот раз?
Андрей удостоверение показал.
– Определите его в КПЗ, желательно в одиночку.
Кто-нибудь из оперов угро есть?
– Пройди в кабинет, второй этаж.
Андрей поднялся, постучал, получив ответ, вошёл. За столом опер, изрядно в годах. С недавнего времени обычный опер имел потолок – капитан. Старший оперуполномоченный мог быть майором, а опер по особо важным делам – подполковником. Андрей сразу удостоверение развернул.
– Садись, Фролов, мог бы ксиву не предъявлять. Не узнал?
Вроде лицо знакомое, где-то встречались.
