Фронтовик. Убить «оборотня»

– Скучно в постели, – отшутился Андрей, – а так я хоть в курсе событий.

А событий в криминалистическом мире было много. Появилась банда, грабившая сберкассы. Они появлялись белым днем, обычно перед обеденным перерывом, или перед самым закрытием. Лиц не скрывали, масок не надевали. Заходили, доставали оружие, клали немногочисленных посетителей на пол, собирали деньги в приготовленные баулы и скрывались. Кассиры, имевшие личное оружие для защиты государственных ценностей, от страха даже не помышляли этим оружием воспользоваться.

Бронированных стекол, тревожных кнопок для экстренного оповещения милиции о ЧП тогда еще не было. И что сильно мешало в расследовании уже нескольких дел – так это то, что свидетели не могли дать толкового описания личности преступников. Только один из свидетелей, отставной офицер, показал, что после ограбления от здания сберкассы отъезжал автомобиль – черная «эмка». Но садились ли в него преступники, он не видел.

Утром Андрей направился в поликлинику на процедуры. Сегодня была последняя, завтра – осмотр врача.

Затем он направился в сберкассу оплатить жировки. Знал бы он, в какую передрягу попадет!

Сберкасса занимала небольшое помещение в жилом доме. Улица была тихой, посетители – из близлежащих домов. За фанерной перегородкой сидят двое сотрудников – кассир и операционист, обе женщины зрелого, скорее предпенсионного, возраста.

Людей было немного, человека три-четыре.

Он стоял спиной к входу и не видел, как в сберкассу вошли два посетителя, только услышал, как хлопнула дверь.

И вдруг раздался крик:

– Всем отойти и лечь на пол! Быстро!

Очередь застыла в недоумении, никто не понял, что происходит.

Андрей обернулся: в паре шагов от входа стояли двое, как он понял – грабители. Обычные лица, какие встречаются на каждом шагу, ничего уголовного.

– Чего застыли, как бараны? На пол!

Один из грабителей схватил за шею молодую женщину, сидящую в зале за столом, и сбросил ее на пол.

– Глаза в пол, не смотреть! Считаю до трех! Кто не ляжет – застрелю!

Толкаясь, люди стали неловко укладываться на пол.