Фронтовик. Убить «оборотня»

Но ни завтра, ни послезавтра он не позвонил. И виной тому было несколько странных происшествий.

Дежурство его на посту подходило к концу, когда он заметил приближающийся свет фар. Грузовик фыркал мотором, разбрызгивал мартовские лужи. Потом неожиданно вильнул и заглох. «Пьяный за рулем, что ли?» – изумился Андрей.

На подножку с пассажирской стороны сошел мужчина:

Голос был властный, командный.

Андрей подошел. Фары светили ему в глаза, и что за машина стоит перед ним, он не видел. Только когда зашел сбоку, спасаясь от слепящего света фар, увидел на закрытом кузове надпись крупными буквами «Хлеб».

С подножки спрыгнул человек в кожаном реглане и достал свое удостоверение.

Андрей посветил фонариком: НКВД, лейтенант Кононыхин.

Андрей вскинул руку к шапке:

– Постовой сержант Фролов! – представился он.

– Где тут ближайшая больница? – спросил энкавэдэшник.

– Два квартала прямо и квартал направо.

– Ты машину водить умеешь?

– Я на посту и покидать его не имею права.

Андрей обежал «ЗИС-5», открыл дверь кабины, и на него едва ли не вывалился водитель. Был он бледен, в полубессознательном состоянии, стонал.

Вдвоем с лейтенантом они сдвинули водителя на середину сиденья. Лейтенант уселся справа, Андрей – слева, на водительское сиденье, и нажал кнопку стартера. Мотор завелся.

Прав Андрей никогда не имел, на курсах шоферов не учился.

Он включил передачу и тронулся.

Грузовик кидало на колдобинах, больной водитель норовил упасть и бился головой о стекло. Лейтенант старался придерживать его.

Так они доползли до больницы. Андрей въехал в ворота и остановился у приемного покоя.

– Ожидай тут! – бросил лейтенант и бегом кинулся к дверям.

Вскоре он появился с двумя санитарами и носилками. Водителя вытащили из кабины, уложили на носилки и занесли в приемный покой.

Через десяток минут появился лейтенант – в руке он нес документы и кобуру с пистолетом. «С водителя снял», – догадался Андрей.

– Теперь едем в Коммунарку, – приказал чекист.

– Мы так не договаривались. У вас, товарищ лейтенант, своя служба и свои начальники, у меня – свои.

– Ты из какого отделения?

– Из двадцать второго.

– Я сейчас дежурному позвоню, предупрежу его, что тебя задействовал. Фролов, по-моему?

Лейтенант хлопнул дверью.