Фуллер

 — Тем более сейчас, когда Сивый готов примчаться сюда, забыть о безопасности, подняться в эту квартиру, к своей обворожительной, но никчемной внучке, попавшей в очередную передрягу, а я собственноручно пущу ему пулю в лоб. И буду смотреть, как старик истекает кровью.

— Думаете, Мэту это понравится? Все это? — спросила я. — Надеетесь, он не узнает правды?

— Фуллеру будет все равно, милая, — хрипло рассмеялся профессор. — Вопреки моим желаниям, мой крестник все же угодил в твои сети. Он влип. И чувства его погубят.

А уже завтра весь город узнает, что Матвей Фуллер убил деда своей невесты в приступе агрессии. Вполне возможно, что Мэт убьет и невесту, застав ее в постели с другим. Ты ведь знаешь, какой он вспыльчивый. И если Мэта не ликвидируют сразу, то у него появится шанс провести остаток своих дней в полной темноте за решеткой для психов. Идеальный план, согласна? Устранить все фигуры с шахматной доски, оставить одну и сделать ее козлом отпущения. И смотреть, как и он будет страдать!

— План, конечно, грандиозный.

Я бы даже сказала, идеальный, — я поднялась на ноги, выпрямляясь в полный рост. — Вы не учли одного, профессор Светлов.

— И чего же? — прищурился мужчина, пристально изучая меня.

— Меня! — жестко обронила я.

Пока профессор самозабвенно говорил о своих гениальных планах, Верняков обошел его со спины. В руке Славы замер заряженный пистолет, который сейчас был направлен в затылок доктора.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— И меня! — выплюнул Славик.

 — На заметку, доктор. Вы бы проверяли тех, кого решили нанять для грязной работенки. Может случиться так, что вы ошибетесь с выбором кандидатуры. И еще, вы слишком сильно хотели оставить свою личность в тайне. Настолько сильно, что забыли, с кем связались.

— Щенок! — прорычал Светлов, обернувшись к Славику.

— Не двигайтесь, доктор, я немного нервный иногда, — хмыкнул Верняков. — Я до чертиков устал быть мертвым и шакалить на голос в телефонной трубке.

А теперь, когда знаю, кто отдавал приказы, могу случайно спустить курок.

— Он может, — раздался веселый голос Прасковьи, которая все это время тихонько сидела в спальне, где не было камер.

— Зачем вы подожгли мою квартиру? — продолжала допытываться я. — И Феликс? Чем мальчишка провинился перед вами?

— Я спас его! И Матвея спас! — напомнил Светлов.

— Верно. Но сами же и наняли головорезов, чтобы они покалечили моего брата! — обвинила я собеседника.