Фуллер

Только вот зачем сволочь Фуллер спит с другими, и со мной в том числе?

И пока в моей голове роились странные, обидные и ранящие в самое сердце мысли, девушка внимательно рассматривала меня. А потом и вовсе, убрав очки с глаз, подмигнула мне.

— Фул, ты уверен, что она настоящая? Мне кажется, слишком красивая для тебя, — резюмировала Прасковья Ильинична.

— Еще чем порадуешь? — хмыкнул Матвей, и я увидела, что этот мужчина так же внимательно, как и незнакомка, рассматривает меня, словно увидел в первый раз.

— Дай знать, когда девочка схватит тебя за стальные яйца, бро! — Прасковья Ильинична водрузила очки на нос и, вернув руки в карманы широких штанов, насвистывая что-то неразборчивое, медленно пошла в сторону офисного крыла автосервиса.

— Новая тату, Проня? — крикнул ей вслед Матвей."

"Девушка обернулась и сделала два шага спиной вперед, не снижая скорости передвижения.

— Заметил? Пойду хвастаться, — хохотнула незнакомка и, развернувшись, скрылась за углом здания.

Матвей пробормотал что-то не очень лестное в адрес тату-салонов и вновь замолчал.

Матвей протянул руку за мою спину и надавил на дверь. Мне пришлось сделать шаг назад под натиском мужчины. И он двинулся следом. В итоге мы оказались за дверью, окруженные полумраком гаража.

Я отступала, а Матвей надвигался на меня. И только когда моя спина коснулась шершавой кирпичной стены, я застыла на месте.

Горячие ладони легли на мои бедра. А сильное и напряженное тело прижалось к моему, фиксируя и не позволяя двинуться.

— Увижу, что щеголяешь голым задом на глазах у других мужиков, убью! — пробормотал Матвей прежде, чем его горячее дыхание опалило кожу на моей шее.

— Меня? — прошептала я, рвано выдыхая. И было плевать, что этот мужчина — не мой. А его девушка ходит где-то рядом, хвастается татуировкой и общается с друзьями Фуллера.

— Всех, — пробормотал Матвей.

Глава 24

Я бы упала к ногам Мэта, если бы он не держал меня.

Но сейчас…. Сейчас мне не было страшно. Я боялась лишь очередного приступа боли у Фуллера.

Или того, что в это мгновение он разожмет свои горячие ладони и уйдет.

Мне, вопреки здравому смыслу, хотелось прижаться к нему сильнее, крепче, врасти кожей и не отпускать.