Сельванна внимательно читает контракт и возвращает его мне, глядя прямо на парней.
— Не подписывай!
— Что? Почему? — не понимаю.
— Пункт 5.8.
Я пролистываю пару страниц и читаю нужную графу.
Вот суки! По контракту мне полагается всего тридцать процентов прибыли.
— Мы договаривались пятьдесят на пятьдесят! — злюсь я.
— Опять шельмуете? У меня сразу слово "" стандартный"" вызвало подозрение, — сухо цедит слова Сэл.
— Мы же не думали, что он под твоим крылышком, — лепечет Лэнс.
— Бросайте вы эту схему. Вам одного суда было мало?
— Мы согласны на равные права, — заявляет менеджер.
— А мы нет, — тихо, подавшись вперёд, говорит им Сэл. — Шестьдесят на сорок в нашу пользу.
— Это обдиралово!
— Это компенсация за неудобства. Идём, Алекс, — встаёт из-за стола. — Решите согласиться — позвоните Мише.
— Как ты поняла, что они хотят обмануть? — интересуюсь у Сэл, когда выходим из ресторана.
— Да ты уже не первый кого так разводят. Во время переговоров очень много раз обсуждаются равные права. Морочат голову.
Потом приходят с контрактом, в котором они получают все сливки. Артист подписывает не глядя, доверяет. А когда приходит время делить бабло, оказывается, что он получит не всё, что причитается. Обычно это нью неймы, но с хорошей фан базой. Сейчас же всё в интернете. И у новичков, которые пилят музыку, как сморкаются, поклонников больше, чем у маститых артистов. Особенно в странах Восточной Европы и СНГ. Как ты попался на эту удочку, я не понимаю.
— Я никогда не слышал о таких схемах.
— Она очень старая, почти никто ей не пользуется.
В этом минус самостоятельности. Продюсеры на этом собаку съели.
— Продюсеры ничем не отличаются от них, — показываю в сторону ресторана.
— Знаю, поэтому у меня его нет. Поехали домой, — произносит устало.
На телефон приходит сообщение.
""Мы согласны"" разворачиваю я экран смартфона к Сэл. Она усмехается.
— Напомни, чтобы я купил тебе цветы, — открываю перед ней дверь машины.
— Женщины не обязаны об этом напоминать.
— Кстати, что они имели в виду под словами ""один из твоих подопечных""?
— Тебе послышалось, — загадочно.
Сэл наверху у себя, я сажусь за фортепиано, которое стоит в углу гостиной.
В голову пришла мелодия, которую решил наиграть. Ноты появляются в сознании одна за другой.
— Красиво, — слышу за спиной. — Что это?
Она спустилась на звуки музыки.
— Не знаю, только что в голову пришло.
— Можешь повторить, — подходит она ко мне и берёт с инструмента блокнот и ручку.
— Могу.
Наигрываю мелодию.
