Гадости для радости ...и по работе

И если бы дело на самом деле обстояло так, как я рассказал Марку, можно было бы попробовать этот вариант аккуратно провернуть, но… Но проблема в том, что тогда Оксане проблематично будет встретиться не только с Катериной, но и с Червоной.

А целью всего мероприятия было именно это: добиться, чтобы Оксана явилась к Червоне. Добровольно. И сняла с моей сестры свое проклятье.

— Нет, Марк, не пойдет. Если я воспользуюсь служебным положением и объект в больничку по тихой грусти положу — я следом свои погоны на стол положу.

Марк в трубке вздохнул в ответ.

Как человек человека, я его понимал: обеспечивать безопасность человека со свистящей флягой — мероприятие увлекательное, но не настолько, чтобы в нем хотелось принять участие.

К счастью, Марк был мне должен и моральной возможности увернуться от этого праздника жизни не имел.

Поднимаясь на пятый этаж без лифта, но с сумкой на плече и ящиком с инструментами в руках, я прикидывал, говорить ли Червоне, что ее закладка сработала?

Если сказать — придется объяснять, откуда у меня эта информация. И фиг его знает, как нагиня отнесется к тому, что я приставил к “детоубийце” охрану — может, с ее, змейской, точки зрения, законное право и святая обязанность родителей свернуть шею угрозе потомству.

Решил, если спросит — скажу, а добровольно выяснять позицию Кирилловой не буду.

Ноздри у Червоны Никитичны дрогнули и затрепетали, глаза сощурились, губы поджались… Ну типичная жена, учуявшая характерный душок.

— Вот чего ты ржешь? — Взвилась Кириллова, хотя я честно, пусть и не слишком старательно пытался скрыть ухмылку. — От него магической гадостью какой-то разит, а он ржет!

Протиснувшись в квартиру мимо сердитой хозяйки — ну… не то чтобы совсем уж “мимо”, скорее, “вплотную”, я констатировал, что от этого нехитрого действия приятная расслабленность в голове дополнилась легким напряжением ниже пояса.

Вот и не верь после этого, что стресс влияет на потенцию!

— Ну почему сразу “гадость”? Отличная штука, ты вот говорила, что меня теперь алкоголь не берет — а взяло, как миленького!

— Вот это меня и заставляет напрячься…— мрачно пробормотала Червона. — Иван, не доводи до греха — скажи толком, что ты пил, я пойму, какие последствия это могло иметь и отстану. Или заставлю тебя промыть желудок, но потом все равно отстану.