Сначала все убеждают ее, что местные леди не могут вздохнуть без согласия мужчин, а потом вот так просто позволяют ей делать то, что она хочет? И никаких проблем? Почему никто не пришел к ней и не спросил, что она делает и зачем? Хорошо, возможно, никому нет до нее дела, но…
Люди в канцелярии выглядели так, словно нет ничего необычного в том, что она пришла за разрешением открыть таверну. Разве они не должны были хотя бы удивиться, а потом попробовать убедить ее оставить это сложное дело кому-нибудь из мужчин? Или она напридумывала себе сверх меры и леди в этом мире все-таки вполне могут делать то, что хотят?
Было два варианта: либо все именно так, либо кто-то стоит за спокойствием людей в канцелярии.
Отбросив на время первое предположение, Галя сосредоточилась на втором. Если кто-то помог ей за ее спиной, то кто?
Мачеху сразу можно было исключить. Вряд ли женщина, отобравшая у падчерицы практически все, будет заниматься благотворительностью. Других родственников, насколько знала Галина, у нее не было.
Если и есть, то они не торопятся дать о себе знать, а значит, вряд ли будут помогать тайно. Паком? Он, конечно, хороший человек, но ему нет нужды скрывать желание помочь.
В итоге Галина Николаевна остановилась на Легране. Он подходил идеально. Аристократ, при деньгах, и у него есть причина действовать тайно. В прошлый раз, когда он предложил деньги, они поругались. Он вполне мог подумать, что она не примет помощь, если он скажет прямо.
— Не понимаю, о чем ты, — спокойно ответил Эруард, делая вид, что действительно не имеет ни к чему отношения.
Это невозмутимое лицо только еще больше убедило Галю, что ее предположения верны. Она слегка улыбнулась и кивнула.
— Как скажешь, — произнесла она, оставляя эту тему.
В этот раз она по необъяснимой причине не ощущала такого сильного сопротивления. Хотя, казалось бы, у нее были причины для недовольства. В конце концов, она вполне могла справиться сама, без тени за спиной.
— Спасибо, — добавила она, кинув на Эруарда мимолетный взгляд. С того разговора в комнате под лестницей они больше не ссорились.
Спорили, конечно, иногда, но это никогда не перерастало во что-то большее.
Над этим явно нужно было подумать чуть больше, учитывая, что в последние дни Галя перестала ощущать вес прожитых лет. Она вдруг поняла, что до этого постоянно думала о том, как жить в теле молодой девушки, будучи при этом женщиной, прожившей достаточно, чтобы увидеть свадьбу своих внуков.
Глянув в сторону Эруарда, она решила спросить.
