Бросив на него взгляд, Галя краем сознания отметила, что вокруг зверька сияет светлый ореол. Подумав, что это просто отсвет, она вернула внимание к девочке.
— Ага. Она вообще любила всех лупить, — Лёка передернула плечами и вздохнула. — Это она нас так вос-пи-ты-ва-ла, — по слогам произнесла девочка.
— И кто такая эта мадам Шанаи? — нейтрально спросила Галя, ровно складывая отрез ткани, который вскоре должен был стать наволочкой.
— Она была управляющей в работном доме на окраине, — ответила Лёка, мельком взглянув на Галину.
— Ее убили несколько лет назад.
Галя затаила дыхание. Неужели Лёка почувствовал себя достаточно свободной, чтобы впустить кого-то в свое прошлое?
— Работный дом? Не знала, что такие заведения бывают, — произнесла Галина Николаевна отстраненно.
— Ага, бывают. Туда сводили всех, кто остался без родителей. Его величество пытался таким образом позаботиться о бездомных детях, — в голосе Лёки слышалась горечь.
— Пытался?
— Ничего не получилось. Кому нужны чужие дети? — Лёка фыркнула.
— И сколько раз король… пытался?
— Один раз, — вздохнула Лёка."
"Галя удивилась, что правитель так быстро сдался. Видимо, ему на самом деле было невыгодно поднимать бездомных детей, но требовалось сделать вид, что он вроде как что-то предпринимает. Либо виноват не король. Всё-таки на правителей тоже давят. А иногда тот, кто сидит на самом верху, всего лишь кукла, которой управляют другие.
— Все было так плохо? — мягко спросила Галина. Она вполне могла представить, что там происходило, но решила, раз девочка начала этот разговор, значит, ей нужно с кем-нибудь поделиться.
— Поначалу было нормально, — Лёка пожала плечами и опустила шитье на колени. — Нам даже нравилось чем-то заниматься. Девочки обычно вышивали или шили. Мальчики рубили дрова за деньги, таскали воду. В общем, делали что-то тяжелое. Это было даже весело. Старшие присматривали за нами. Мы за теми, кто младше. Несколько самых взрослых девочек сидели с младенцами, — казалось, Лёка находилась мыслями где-то далеко.
— А потом? — подтолкнула Галя, стараясь говорить тихо и мягко.
— А потом мадам Шанаи поняла, что мы можем принести доход, — девочка скривилась. — Она и раньше была холодной, но старалась ни с кем из нас не соприкасаться. Вечно сидела в своем кабинете. Мы думали, она строгая, а она… — Лёка сглотнула и нахмурилась, — просто ненавидела нас. Постепенно количество работы стало увеличиваться. В конце концов мадам Шанаи продавала наше время всем, кто хотел купить.
