Галоша для дальнего плавания

Правда, у Шепелявого был на примете другой продавец, но пока не проверенный, и это внушало определенные опасения. Новый человек в таком опасном бизнесе — всегда большой риск.

Но оставалось еще одно дело, сделать которое нужно было быстро и энергично: следовало вытрясти деньги из вдовы антиквара.

Покойник не расплатился с Шепелявым за две последние картины, не говоря уже о том, что получал за них гораздо больше денег, чем сообщал подельнику. Значит, нужно получить с вдовушки и эту разницу.

С женщиной, да еще убитой горем, разобраться будет нетрудно.

Так, по крайней мере, думал Шепелявый.

Он завез домой полученную от Вадика картину и позвонил вдове антиквара.

Узнав, что та дома и уходить никуда не собирается, он представился деловым партнером ее покойного мужа и сказал, что скоро подъедет, чтобы лично выразить свои соболезнования.

Вдова антиквара оказалась молодой и стройной женщиной. Черное траурное платье очень ей шло, подчеркивая тонкую талию и удивительную белизну кожи.

Удивило Шепелявого то, что на вдове были черные очки — это дома, да еще и зимой!

Впрочем, каждый сходит с ума по-своему…

Держалась вдова твердо, истерики не закатывала, смотрела на гостя без всякого интереса. Впрочем, под черными очками выражение глаз не просматривалось.

— Примите мои соболезнования, — начал Шепелявый. — Мы с васим музем вели кое-какой бизнес… — Он впервые смутился своей отвратительной дикции.

— Бизнес? — переспросила вдова. — Я не вдавалась в дела мужа… точнее, он меня к ним не подпускал.

— Деньги? — Шепелявый облизнулся. — Да, разговор о деньгах, только это вас муз остался долзен мне довольно много денег… Он не расплатился со мной за… последнюю операцию и еще кое-какие сделки…

— Мой муж? — удивленно переспросила женщина. — Я ничего об этом не знаю. Говорю же вам — он не рассказывал мне о своих делах. В любом случае после его смерти осталось очень мало денег, так что не знаю, чем я могу вам помочь.

Настроение у Шепелявого сильно испортилось. Дамочка, явно принимая его за лоха, рассчитывала его напарить… Не на того напала!

— Послусайте, дамоцка! — прошипел он, встав со стула и угрожающе приблизившись к ней. — Это мои деньги, и я их полуцу! И не надо со мной играть, не на того напала!

Ни один мускул не дрогнул на лице вдовы, если она и испугалась, то ничем этого не показала.