Галоша для дальнего плавания

— А как этот человек выглядел? Почему он показался вам неприятным?

— Так ведь правда очень неприятный… шрам на щеке, и сам мрачный такой…

— Ладно, большое спасибо! — Дядя Вася шагнул в сторону. — Вы нам очень помогли!

— Может, все же купите книжку? — бросил вслед ему лоточник. — Вот новый роман Неспанского — «Пингвин-потрошитель»… отличная вещь! Гибрид хоррора и дамского романа!

— Как-нибудь в другой раз… ну, ладно, давайте газету — вот эту, которая потолще!..

Василий Макарович сунул продавцу деньги, взял с лотка самую толстую газету и устремился через дорогу к мусорному баку, на который показал лоточник.

— Что вы хотите делать? — удивленно спросила я, когда он подошел к баку и откинул крышку. — Неужели?..

— Именно, тезка! — Он снял пальто, подал его мне и закатал рукава. — Ты не представляешь, сколько преступлений было раскрыто благодаря тщательному изучению содержимого помойки! Ты пока расстели газету, не зря же я ее купил…

Я разложила газетные листы на тротуаре, а дядя Вася под изумленными взглядами прохожих полез в мусорный бак.

Проходившая мимо старушка перекрестилась и бросила на газету двадцать копеек. Следовавший за ней толстый мужчина в дубленке повернулся к своему спутнику, тщедушному типу с козлиной бородкой, и произнес хорошо поставленным басом:

— Видите, Иннокентий Романович, до чего довели народ! Приличный человек роется в помойке!

Тут дядя Вася вынырнул из бака с большим белым полиэтиленовым мешком в руках. Он высыпал содержимое мешка на газеты и велел мне:

— Разбери пока это, а я за вторым полез!

С этими словами он снова нырнул в мусорный контейнер.

А я тяжело вздохнула и склонилась над рассыпанным мусором.

К счастью, здесь не было пищевых отходов и других неприятных предметов — в основном на газете валялись обрывки упаковочной бумаги, смятые картонные коробки, скомканный скотч, комки серой ваты и пустые пакеты. Попались также две жестяные банки из-под пива. Ничего более интересного я не увидела и не понимала, для чего дядя Вася пристроил меня к этому сомнительному занятию.

Больше всего мои действия напоминали археологические раскопки. Археологи по остаткам древнего мусора пытаются восстановить быт и культуру давно забытых народов, я же по содержимому мусорного бака пыталась хоть что-то узнать о тех, кто похитил Машу…

Вдруг ко мне подошел бомж в продранном китайском пуховике, с клочковатой бородой, из которой торчали птичьи перья.

— Ты, курица потрошеная! — прохрипел бомж, уставившись на меня выпученными мутными глазами.