Галоша для дальнего плавания

 — Говори, сколько тебе заплатить?

— Ты меня, Шнурок, не дослушал… я тебя отпущу и в шестнадцатое отделение ничего не сообщу. А скажу я Шепелявому, что ты по троллейбусам промышляешь, сумки режешь…

Лицо карманника заметно побледнело, он затравленно завертел головой.

— Зачем Шепелявому? — забормотал он вполголоса. — Какому Шепелявому? Не знаю никакого Шепелявого…

— Знаешь, Шнурок, знаешь! — спокойно проговорил дядя Вася. — Ты ведь теперь к серьезному делу допущен, у Шепелявого на подхвате. А он тебе что велел? Чтобы ты, пока с ним работаешь, про троллейбус свой начисто забыл! Чтобы на его дело по такой ерунде ментов не навести!.

— Ты, мужик, откуда про Шепелявого знаешь? — испуганно проговорил карманник.

— А вот это тебя не касается! — отрезал дядя Вася. — Знаю и знаю. И Шепелявый узнает про твои художества…

— Не надо Шепелявому… — причитал карманник. — Скажи, мужик, сколько тебе надо — я заплачу…

Тут он повернулся ко мне, и глаза его зло блеснули:

— А, так вы с этой вороной в паре работаете? Выходит, на живца меня поймали?

— А хоть бы и на живца! — Дядя Вася усмехнулся.

— Ладно, говорите прямо — сколько вам заплатить? Каждому по сотке баксов — пойдет?

— А больше я не потяну… — заныл Шнурок. — Это уже беспредел… думаешь, много я на этом маршруте нащипал?.. Гроши!.. Это же не народ ездит, а скупердяи какие-то! Каждый за свою сумку или карман двумя руками держится…

— Зачем же ты в троллейбусе шакалишь, если это такое неблагодарное занятие?

— Да только чтобы навык не потерять и эту… квалификацию! Я же классный щипач… Это вы тут шакалите!.

— Нам твоих денег вовсе не надо, — прервал его Василий Макарович. — Ты нам кое-что расскажешь — и можешь проваливать на все четыре стороны…

— И Шепелявому не настучите? — в голосе Шнурка прозвучало недоверие.

— Не настучим, — пообещал дядя Вася.

— И об чем же мы с вами будем разговаривать?

— О сумке, которую ты в Университете искусств украл!

Дядя Вася внимательно следил за реакцией карманника.

— В каком-таком университете? — удивленно переспросил Шнурок.

— Ты только глухого тут не изображай! — прикрикнул на него Василий Макарович. — Я тебе ясно сказал в каком: в Университете искусств!.. И не валяй мне ваньку! Сам говоришь — твоя территория в этом троллейбусе, а сам на чужом месте промышлял!..

— Да чего ты мне шьешь! — заверещал Шнурок. — Чего ты шьешь, лепила! Не было никакой сумки!

— Значит, не хочешь говорить? — огорчился дядя Вася.