Онлайн-библиотека книг
"Гангстер вольного города
Глава 1
Батюшка размахивал над гробом кадилом и скороговоркой читал молитву. Кладбищенские воробьи устроили свару в луже возле его сапога, выглядывающего из-под рясы.
Казалось, своим бойким чириканьем, они пытаются батюшку передразнить, а вот собравшаяся толпа, хоть и старалась, как умела, внимать словам священнослужителя, но постоянно отвлекалась на птичьи разборки.
Я поднялся чуть выше над людскими головами, чтобы окинуть взглядом всех пришедших на мои похороны, и удивился. Не думал, что соберется так много народа.
Проще говоря, лёг на дно. Но вот поди ж ты, никто не забыл! Все припёрлись посмотреть, как меня будут закапывать. Не стали отказывать себе в удовольствии.
Ощущая необыкновенную лёгкость бестелесного существования, я поплыл над толпой, всматриваясь в знакомые лица. И меня несказанно порадовало, что не на всех читалось злорадство и облегчение. Некоторые действительно выглядели опечаленными.
Батюшка закончил читать, и гроб на толстых веревках опустили в яму. Заиграла траурная музыка. Я вспомнил, как сам частенько недвусмысленно шутил в лихие девяностые, когда нужно было надавить на кого-то или сделать сговорчивее: «Над тобой заиграет музыка, но, ты этой музыки не услышишь…»
По всему выходит, что я ошибался. Вот и над моей тушкой музыка заиграла, но я её слышу прекрасно.
Люди начали выстраиваться в цепочку, чтобы отдать последнюю дань усопшему, то есть мне. Одни кидали в яму горсти земли и шептали слова прощания, другие в яму плевали, цедя сквозь зубы ругань и проклятья. Но и те, и другие затем отходили к богато уставленным столам, чтобы выпить и закусить — кто-то с печалью, а кто-то на радостях.
Что сказать, похороны мне закатили по высшему разряду. Жаль только, сам я уже не смогу опрокинуть стопку и переброситься со знакомым парой незначительных слов.
Вслед за воробьями очередным непрошенным гостем припёрся кладбищенский попрошайка. Парни из охраны не пустили его к столам, но уважили, налив ему водки в пластиковый стаканчик. Попрошайка чинно принял посуду двумя пальцами и поднял на уровень рта.
— Кого хороните, добрые люди? — спросил он.
— Ювелира.
— А-а-а, вот оно чо, — попрошайка с уважением покивал.
