Ганнибал

— Вы оплачивали расходы на медицинское образование, работая в морге?

— Да. Я увозил трупы с мест преступления и помогал при вскрытиях.

— А чем занимались до этого?

— Служил в морской пехоте.

— Понимаю. Работая в больнице Балтимора, вы видели, каким образом взаимодействовали между собой Клэрис Старлинг и Ганнибал Лектер. Я хочу сказать, что вы, видимо, являлись свидетелем их бесед. Не так ли?

— Мне казалось, что они…

— Начнем с того, что вы точно видели своими глазами, а не с того, что вам казалось и что вы думали по этому поводу.

Вы, надеюсь, не возражаете?

— Он достаточно сообразителен для того, чтобы высказывать свое мнение, — вмешался Мейсон. — Барни, вы знакомы с Клэрис Старлинг?

— Да.

— Вы наблюдали Ганнибала Лектера шесть лет?

— Да.

— Какие отношения между ними складывались?

Крендлер не очень хорошо понимал слова, произнесенные высоким грубым голосом, но тем не менее именно он сформулировал наиболее важный вопрос.

— Скажите, Барни, не вел ли себя Лектер несколько необычно, беседуя со Старлинг?

— Да, он вел себя не так, как всегда.

Как правило, он вообще не реагировал на появление посетителей, — ответил Барни. — Иногда он открывал глаза лишь для того, чтобы оскорбить очередного ученого, пытавшегося забраться ему в мозги. Одного профессора он даже заставил рыдать. По отношению к Старлинг он был достаточно крут, однако отвечал на ее вопросы гораздо подробнее, чем на вопросы других. Она его заинтересовала, или, скорее, заинтриговала.

— Каким образом?

— Ему почти не приходилось видеть женщин, — пожав плечами, сказал Барни. — Она же действительно красива и…"

"— Меня не интересует ваше мнение по этому вопросу, — оборвал его Крендлер. — И это все, что вам известно?

Барни не ответил, но посмотрел на Крендлера так, словно видел, что левое и правое полушария мозга заместителя помощника являют собой двух сцепившихся собак.

Mapro раздавила еще пару каштанов.

— Продолжайте, Барни.

— Они были откровенны друг с другом.

Своим откровением он способен обезоружить собеседника. Создается впечатление, что он просто не снисходит до лжи.

— Чего-чего он не делает?

— Не снисходит, — повторил Барни.

— СНИ-СХО-ДИТ, — послышался из темноты голос Марго. — Не опускается до лжи, мистер Крендлер. Или, чтобы вы еще лучше поняли, не унижается до нее.

— Доктор Лектер давал ей весьма нелестные, характеристики, — продолжил Барни, — а затем говорил что-нибудь очень приятное.