Ганнибал

Быстрый, злобный зверь, способный своими острыми копытами убить гадюку и с легкостью сожрать ее. В сезон случки или защищая поросят, нападает на все, что может представлять угрозу. Матки имеют двенадцать сосцов и являются прекрасными мамашами. В Sus scrofa scrofa Мейсон нашел ведущую тему своей мелодии и ту дьявольскую внешность, которая заставила бы понять доктора Лектера, как выглядит ад.

Он купил свинью острова Оссбау из-за ее агрессивности, а черную китайскую — за высокий уровень эстрадиола.

Однако Бабируса, Babyrousa babyrousa, из Восточной Индонезии, именуемая из-за длины клыков Свинья-Олень, оказалась для его опуса фальшивой нотой.

Имея лишь пару сосцов, она размножалась крайне медленно и весила всего сотню килограммов. Время все же потеряно не было, так как параллельно появлялись другие пометы, в которых кровь Бабирусы отсутствовала."

"С точки зрения расположения и строения зубов, у Мейсона был очень небогатый выбор. Почти все породы имели набор, достаточный для решения своих задач. Они обладали тремя парами острых резцов, парой удлиненных клыков, четырьмя парами малых коренных зубов и тремя парами мощных, всесокрушающих коренников — верхних и нижних.

Итого — сорок четыре зуба.

Любая свинья с удовольствием сожрет мертвеца, но, для того чтобы съесть человека живьем, все же требуется некоторое обучение. Выведенная Мейсоном на Сардинии порода к выполнению этой задачи была готова.

После семи лет работы и множества пометов результаты оказались… просто великолепными.

Глава 16

Когда все актеры, за исключением доктора Лектера, собрались в горах Сардинии, Мейсон сосредоточил свое внимание на проблеме сохранения сцены смерти доктора для вечности и на том, как лучше самому насладиться этим зрелищем.

Необходимые приготовления уже были давно сделаны, но сейчас следовало дать команду, чтобы все исполнители привели себя в состояние боевой готовности.

Свои весьма деликатные дела Мейсон вел по телефону через коммутатор легального букмекера, контора которого располагалась в Лас-Вегасе, в районе Кастауэй.

Его беседы были хилыми, незаметными ручейками, вливающимися в мощный поток субботних и воскресных телефонных звонков конторы, Звучавший как хорошее радио голос Мейсона — за вычетом взрывных и шипящих звуков — летел из государственного лесного заповедника в пустыню и оттуда через Атлантический океан, вначале в Рим. В квартире на седьмом этаже дома, стоящего на виа Архимед позади отеля того же названия, хрипло по-итальянски зазвонил телефон.