Харат, к тому же, имел ночное видение. Для него этот путь среди камней был более простым делом, чем для нее. Она покрепче ухватилась за куст, как за якорь, и ждала.
Торопливые шаги — и затем перед ней — Харат!
Он бросился к ней, обе пары щупальцев распростерты, стремятся к ней. Они излучали необходимость прикосновения, контакта тела с телом. Дзианта прижала это маленькое пушистое тельце к себе, хотя было очень странно, что такой всегда самодовольный Харат нуждается в такой ласке.
— Ты потерялся?
«Нет! Иди с Харатом, иди!»
Он был очень возбужден, рвался из ее рук.
«Надо идти — он умрет!»
— Кто умрет? Оган? — Может, парапсихолог попал в катастрофу, когда пытался пробраться к Эль-Би?
«Он!» Харат, казалось, был не способен понять, что Дзианта не знает, о ком идет речь. Как будто человек, о котором он говорил, был такой важный, что о нем должны знать все, не задавая вопросов.
«Идем!»
Она никогда не видела Харата таким возбужденным. Он не отвечал на ее вопросы и старался освободиться от нее с той же горячностью, с какой приветствовал минуту назад.
Ему нужно было ее внимание, но только для одного — чтобы она повиновалась ему. А она не могла заставить его говорить.
Он уже освободился из ее объятий. Дзианта не удерживала его силой.
«Идем!» — и он побежал так же быстро, как пришел сюда.
Дзианта осторожно поднялась на ноги. Ясно, что она не должна отпускать Харата. Она не могла видеть в темноте как он, и путь представлял для нее большие трудности.
— Харат! — вложила ли она достаточно убедительности в этот зов? — Харат — подожди — я не вижу тебя!
«Идем!» — она уловила слабое движение внизу, как будто Харат там бегал взад-вперед от нетерпения, борясь с желанием бежать дальше.
Безрассудно Дзианта бросилась вниз и наполовину спрыгнула, наполовину съехала до места, где ее поджидал Харат. Он поднял верхнее щупальце, ухватился за ее одежду и изо всех сил потащил ее.
«Идем!»
Харат предложил свои услуги в качестве проводника. Дзианта подчинилась ему, она уже не думала о неровностях дороги, так как Харат выбирал путь с наименьшим количеством препятствий.
На небе появилась луна, стало немного светлее. Луна озарила все своим бледным зеленоватым светом, придав всему оттенок нереальности, призрачности.
Харат повернул на восток. Дзианта подумала, что эта местность ей незнакома. Конечно, это же недалеко от корабля грабителей."
"— Яза? — но Харат говорил «он» и, к тому же, не проявлял большой любви к саляриканке в прошлом. Нет — он ведет не к ней.
