Разглядывая их, Нейл мог теперь, сам не понимая как, видеть их несчастные мысли, их ограниченность, и обе части его собственного разума безжалостно отталкивала это. Женщина повернула голову и случайно бросила взгляд в окно. Рот ее исказился в истошном крике, пронзительном, бессмысленном. Нейл соскочил со стены и легко приземлился на ноги. Женщина увидела его как раз тогда, когда он возмутился и отказался от родства с этими образцами расы. Он бежал от вони мертвых деревьев и от тех созданий, что делали в них свои логовища.
Он держал путь к лесу с его чистыми убежищами. Час спустя он лежал усталый, задыхающийся, все еще слыша остервенелый лай собак. Жители участка пустили собак по его следу. Его спасло только то, что они держали собак на поводках. Однако, судя по звукам, они не пошли дальше расчищенного места. Может, они решили дождаться утра? А что, если они преодолеют свою ненависть к лесу и либо пойдут по его следу, либо спустят собак с поводков? Не лучше ли уйти в лесные глубины? Уйти дальше и оставить свое племя… Его племя? О, Дух Космоса, кто же теперь был его племенем? Нейл вздрогнул.
Отвращение к участку было столь же реально, как горячечный жар, как головная боль. Он не может идти к этим людям и заявить о родстве с ними, и никогда не пойдет. Этот факт нельзя было не признать. Что-то странное случилось с Нейлом — и внутри, и снаружи. Он больше не был Нейлом Ренфо. Хотя он сейчас и не видел собственного отражения в воде, но заглянул внутрь себя и понял, что его мозг изменился так же, как тело.
Айяр… Кто этот Айяр? Если он не Нейл Ренфо, то он Айяр. И он знал, кто или что был Айяр: его настоящим домом был лес, его странные воспоминания приходили к Нейлу отрывочно, кусками. Он должен найти Айяра. Да… но где искать этот странный след? Физически, на лесных тропах, или мысленно? Этого Нейл не знал. Он должен был идти в единственном направлений, в котором был уверен — назад к тому озерцу, где он впервые увидел отражение чужого лица."
"И чем больше он допускал, что он уже не Нейл Ренфо, тем сильнее эта новая личность захватывала его, брала верх над мозгом Нейла.
Он остановился и дернул шнурки тяжелых ботинок, висевших грузом на его ногах. Обувь должна быть совершенно другой — из кожи берфонда, хорошо прилегающей, высотой до колен, охотничьи сапоги, в которых чувствуешь каждую неровность почвы, а не эти неуклюжие покрышки, что замыкают ноги в тюрьму. Он раздраженно подергал брюки. Это тоже не такое бесформенное, грубое.
