Слабое прикосновение! Она ощутила его! Она почувствовала ответ! Дзианта все силы бросила на передачу: «Вытащите меня… вытащите меня… иначе я погибну!»
Да! Прикосновение! Ответ! Но он не пришел прямо, как она ожидала… Он растекался как вода, находящая себе путь между камнями, намного уклоняясь от своего направления Во время борьбы с преградами.
«Харат! Я здесь! Приди ко мне! Не оставляй меня в этом мраке, заточенной там, где я ничего не могу поделать! Приди!»
Не Харат!
Здесь ощущалось чье-то присутствие.
Но не Харата… не Огана. Может, из другой плоскости? Она мысленно коснулась… Ужас… ужас такой сильный, как будто тот, другой, чье присутствие она ощущала, получил смертельный удар.
— Помоги мне! — кричал он. Она ничего не могла понять… Он же пришел на ее зов. Тогда почему же?..
— Мертв! Мертв!
Ответ из мрака был полон ужаса.
— Я не мертва, — сказала Дзианта. Она не хотела принимать его, так как если бы это случилось, то ее возврат был бы невозможен. Она должна перевоплотиться в Винтру.
— Мертв! — повтор был уже слабее. Уходит. Тот, другой, уходит… оставляет ее здесь. Нет!
Должно быть, она вскрикнула очень громко. Этот звук кружился и кружился у нее в голове.
— Нет!
Вокруг была тишина, в которой слышалось только хриплое дыхание ее измученных легких. Затем… слова другого.
— Где мы?
Слова. Немыслимые послания, живые слова.
В Гробнице Турана, — ответила она ту правду, которую знала Винтра.
— И я… я Туран… — проскрипел голос, — Но я же не Туран!
Звуки каких-то движений.
Затем мысленный призыв, отрывистый и повелительный: «Свет!»
Слабое свечение постепенно усиливалось. Почему она подумала об этом. Она быстро послала импульс энергии ему, чтобы помочь сделать свет ярче.
— Здесь нет воздуха, мы погибнем, — предупредила она его.
— Иди в другую плоскость, быстро!
Его команда вернула ее мозг к защитным построениям, которые она должна была создать и для себя, и для него. Она сделала несколько шагов и вышла из своего тела. Это она делала очень неохотно.
Находясь временно в безопасности, она осмотрелась.
Внизу, на полу, лежало тело, закованное в цепи, от которого она только что освободилась. Слева от нее находилось возвышение, на котором возлежал Туран. Его командорский плащ, накинутый на него, усыпан завядшими, пожелтевшими, умершими лилиями. Как только она увидела его, пламя свечей, стоявших у изголовья, взметнулось вверх.
— Проход для духа, — прозвучал голос другого в ее голове. — Здесь.
